«Я ничего специально не делала, Игорь», — Оксана говорила медленно, отчеканивая каждое слово. «Просто позаботилась о себе: защитила то, что заработала сама, раз уж ты решил, что я должна спрашивать у тебя разрешение на траты собственных денег».
«Но это семейные деньги, наши общие!» «Это мои деньги, Игорь: мои премии, мое наследство, мои накопления. И я имею полное право распоряжаться ими так, как считаю нужным».
Связь прервалась: Игорь бросил трубку. Оксана поставила стакан в раковину и посмотрела на часы. «Без четверти десять: до встречи со Светой еще много времени, нужно собраться, принять душ, привести мысли в порядок, потому что дальше начнется самое сложное».
Игорь стоял у кассы номер пять, ощущая, как по спине стекает холодный пот. За ним в очереди уже выстроилось человек семь, и все нетерпеливо переминались с ноги на ногу, поглядывая на часы. Кассир, молодая девушка с усталым лицом, в третий раз проводила картой по терминалу.
«Простите, но операция отклонена», — сказала она, протягивая карту обратно. «Недостаточно средств на счете». «Этого не может быть», — прошипел Игорь, чувствуя, как краснеют уши. — «Там больше двухсот тысяч, проверьте еще раз».
Девушка вздохнула и повторила операцию: терминал снова пискнул отказом. За спиной Игоря кто-то громко возмутился: «Может, в другую кассу перейдете, а то мы тут до вечера простоим». Игорь обернулся, метнув злой взгляд на говорившего пожилого мужчину с корзиной молока и хлеба.
Потом судорожно полез в бумажник, доставая вторую карту, свою личную зарплатную. «Вот, попробуйте эту». Кассир молча взяла карту, провела; терминал подумал секунду и снова выдал отказ.
«Господи, да что такое?» — Игорь чувствовал, как ладони становятся влажными. Он достал третью карту, кредитную, которой почти не пользовался. «Эту». — Та же история: отказ, недостаточно средств.
«Молодой человек, — устало произнесла кассир, — может быть, вы свяжетесь с банком? А пока освободите кассу, пожалуйста, здесь очередь». «Сейчас», — рявкнул Игорь, доставая телефон.
Руки дрожали так, что он едва попал пальцем по значку звонка. Набрал Оксану. Разговор был коротким и убийственным.
Когда она бросила трубку, Игорь несколько секунд стоял, глядя на потухший экран, не в силах поверить в происходящее. «Она… она что, действительно?» «Молодой человек!» — голос кассира стал резче. — «Освобождайте кассу немедленно, или я вызову охрану!»
Игорь поднял глаза. На него смотрели все: кассир с плохо скрытым раздражением, люди в очереди с любопытством и осуждением. Пожилая женщина у соседней кассы даже перешептывалась с подругой, явно обсуждая сцену.
«Я… сейчас», — пробормотал он, лихорадочно роясь в карманах. «Может, есть наличные, хоть какие-то?» В кармане джинсов обнаружилась смятая пятисотка и несколько мелких купюр: семьсот всего.
А в тележке продуктов почти на девять тысяч. Он утром специально выбирал все самое лучшее: хамон испанский, сыр пармезан, креветки аргентинские, бутылку хорошего красного. Думал, покажет Оксане, что и сам может обеспечить достойный стол.
«Тут на девятнадцать тысяч двести», — напомнила кассир, кивая на экран. — «У вас есть эта сумма?» «Нет», — выдавил Игорь. «То есть? Я думал… отменяйте покупку».
Кассир закатила глаза и принялась отменять товары один за другим, пикая сканером. Это заняло минуты три, но Игорю показалось, что прошла вечность. Он стоял, опустив голову, чувствуя на себе десятки любопытных взглядов.
Кто-то сзади громко фыркнул, кто-то пробормотал: «Нашел время витрины разглядывать, а денег с собой не взял». Когда кассир наконец закончила, Игорь схватил свой бумажник и быстрым шагом направился к выходу. Щеки горели, в ушах звенело от унижения и ярости.
Как она посмела?
