— Олег такое говорил?
— А то нет! — Галина Петровна победоносно улыбнулась, увидев, что задела за живое. — Говорит: «Прихожу домой, а там жена уставшая, злая. Поговорить не о чем, только про деньги да про кредиты». Скучно ему с тобой, Марина. Скучно и тоскливо. Смотри, уйдет он. И останешься ты одна со своей карьерой и ипотекой. Кому ты нужна будешь в тридцать лет, разведенка с прицепом из долгов?
В этот момент на кухню заглянул Олег.
— Мам, там дядя Витя приехал. Просит ворота открыть пошире. Он на джипе.
— Ой, бегу, бегу! — Галина Петровна мгновенно преобразилась. Лицо расплылось в приторной улыбке. — Витенька приехал! Вот это человек, вот это мужчина. Не то что некоторые.
Она выскочила из кухни, бросив на Марину уничижительный взгляд. Олег остался стоять в дверях, переминаясь с ноги на ногу.
— Ты чего такая бледная? — спросил он, заметив состояние жены. — Мама что-то сказала?
Марина медленно положила толкушку на стол и повернулась к мужу.
— Олег, ты правда обсуждаешь меня с матерью? Говоришь, что я толстая, скучная и что тебе со мной тоскливо?
Олег покраснел, глаза забегали.
— Ты чего выдумываешь? Я такого не говорил. Ну, может, как-то раз сказал, что ты много работаешь и устаешь. А мама… Она, наверное, просто неправильно поняла, или хотела тебя, ну, мотивировать, чтобы ты больше отдыхала.
— Мотивировать? — Марина шагнула к нему. — Она сказала, что ты жалуешься, будто я «обабилась». Это твои слова.
— Марин, ну хватит! — Олег раздраженно взмахнул руками. — У мамы день рождения, гости собираются. А ты мне тут допросы устраиваешь из-за какой-то ерунды. Ну, ляпнула она лишнего. Она же пожилой человек, не принимай близко к сердцу. Давай, неси картошку. Уже за стол пора.
Он развернулся и ушел, оставив Марину с кипящей внутри обидой. Он не стал отрицать, что жаловался, он просто попытался свалить все на возраст мамы. Значит, эти разговоры действительно были. За ее спиной, пока она зарабатывала деньги на их «красивую жизнь», муж поливал ее грязью вместе со своей мамочкой.
Марина взяла тяжелую кастрюлю. Руки дрожали. Ей захотелось швырнуть это пюре прямо на пол, сесть в машину и уехать. Но привычка держать лицо и не устраивать сцен, привитая строгим воспитанием, снова сработала. «Нет, я не доставлю ей такого удовольствия, — подумала она. — Я выдержу этот вечер. А дома мы с Олегом поговорим. Серьезно поговорим».
Она вышла в гостиную. Стол был накрыт буквой «П», ломился от еды. Гости — пестрая толпа родственников и друзей свекрови — уже рассаживались, шумно переговариваясь.
— О, а вот и наша труженица! — громко провозгласила тетя Люба, указывая на Марину с кастрюлей. — Картошечку принесла. Давай-ка сюда. В центр ставь.
Марина поставила кастрюлю на подставку. Галина Петровна уже восседала во главе стола, как королева на троне. Рядом с ней, по правую руку, сидел Олег. Место рядом с ним было занято какой-то незнакомой девушкой в ярком красном платье.
— Марина, а ты садись вон там, с краю, — небрежно махнула рукой свекровь, указывая на стул у самого выхода рядом с дверью. — Там тебе удобнее будет на кухню бегать, подавать-приносить.
— А почему мое место рядом с мужем занято? — громко спросила Марина, глядя прямо на свекровь.
В комнате повисла тишина. Девушка в красном смущенно опустила глаза.
— Это Светочка, дочка моей подруги, — сладким голосом пропела Галина Петровна. — Она давно Олега не видела. Им есть о чем поговорить. Детство вспомнить. А ты, Марина, не будь эгоисткой. Олег хоть отдохнет, пообщается с приятным человеком. Ты-то ему дома надоела со своими отчетами.
Олег сидел, уткнувшись в тарелку, и делал вид, что изучает узор на скатерти. Он не сделал ни малейшей попытки пересадить девушку или защитить жену. Марина почувствовала, как по спине пробежал холодок. Это было уже не просто хамство. Это была открытая демонстрация пренебрежения. Свекровь намеренно отсадила ее как прислугу и посадила рядом с сыном молодую девицу.
— Хорошо, — тихо сказала Марина.
Она прошла к указанному месту у двери и села. Стул был жесткий и неудобный. Сквозняк от двери холодил ноги, но Марина не замечала этого. Она смотрела на мужа, который весело смеялся над шуткой девушки в красном, и понимала: сегодня Рубикон будет пройден. В этот момент Галина Петровна наклонилась к тете Любе и громким шепотом, который слышали все за ближайшим краем стола, произнесла:
— Видишь, какая она. Даже спасибо не сказала, что я ей место выделила. Гордая. Ничего, жизнь обломает. Скоро она поймет, кто в этом доме хозяин, а кто так… Приживалка.
Марина сжала вилку так, что побелели костяшки пальцев.
Застолье набирало обороты. Звенели бокалы, тосты становились все длиннее и пафоснее. Марина сидела на своем месте на задворках и механически жевала салат, вкуса которого не чувствовала. Она была словно отделена от общего веселья невидимой стеной. Никто из родственников мужа не пытался заговорить с ней, словно ее здесь и не было. Олег, напротив, был в центре внимания. Он раскраснелся, много шутил, подливал вино Светочке и активно ухаживал за матерью. Галина Петровна сияла, принимая поздравления и подарки.
— А теперь давайте выпьем за моего сына! — провозгласила она, поднимаясь с бокалом. — За моего Олежку. Если бы не он, я бы этот юбилей не потянула. Это он — мой золотой. Оплатил весь стол. Он купил продукты, он заказал мясо. Настоящая опора матери! Не то что некоторые, копейку зажмут родной матери.
Гости одобрительно загудели: «Молодец, Олег!», «Хорошего сына воспитала, Галя!», «Повезло жене с таким мужем!».
Марина чуть не поперхнулась водой. Олег оплатил стол? С каких денег? Его зарплаты едва хватало на бензин и обеды, все основные расходы семьи лежали на ее плечах. У них был общий счет, но картой пользовался в основном Олег, так как Марина вечно была занята. Она редко проверяла детальные выписки, доверяя мужу.
Она незаметно достала телефон под столом и открыла банковское приложение. Пальцы быстро набрали код. История операций. Взгляд зацепился за транзакцию трехдневной давности. Снятие наличных. 50 тысяч. И еще один перевод вчера. 20 тысяч. На карту Галины Петровны с пометкой «на продукты к празднику».
70 тысяч. 70 тысяч из тех денег, которые Марина откладывала на досрочное погашение ипотеки. Они договаривались, что эти средства неприкосновенные. В глазах потемнело. Он украл у семьи 70 тысяч, чтобы пустить пыль в глаза гостям и позволить матери хвастаться богатым сыном! При этом сам массажер за 40 тысяч тоже оплатила Марина со своей личной карты. Итого больше 100 тысяч на юбилей свекрови, которая даже не удостоила ее нормального места за столом.
Марина подняла глаза. Олег как раз чокался с матерью, его лицо лоснилось от самодовольства. Он чувствовал себя героем. Он, мелкий менеджер с зарплатой 35 тысяч, играл роль щедрого барина за счет жены.
Ее телефон пискнул. Пришло сообщение от банка о списании ежемесячного платежа по кредиту за машину. Денег на основном счете осталось критически мало. Марина поняла, что в этом месяце ей придется брать подработку, чтобы закрыть дыру, пробитую щедростью мужа.
— Олег, — Марина негромко окликнула мужа через стол, когда шум немного стих. — Можно тебя на минуту?
Олег сделал вид, что не слышит, увлеченно рассказывая Светочке какой-то анекдот.
— Олег! — чуть громче повторила она.
Галина Петровна недовольно нахмурилась:
— Марина, что ты кричишь?
