Я молча убрала растрепавшиеся волосы в строгий пучок на затылке. Затем я щелкнула конфоркой плиты и поставила на огонь тяжелую чугунную сковороду. Эти рутинные и привычные домашние звуки буквально собирали мою разбитую психику по кускам.
Я не стала устраивать допросов и спрашивать его, где он провел эту половину дня. И он тоже, к счастью, не поинтересовался, была ли я все это время у соседки. Это гнетущее обоюдное молчание мы носили как парадный супружеский китель.
Он был идеально гладкий, выглаженный и без видимых грязных пятен. Но сшит он был целиком и полностью из чужих и гнилых ниток. Позже, уже переодеваясь в тихой спальне, я мельком взглянула на свое отражение в зеркале.
Мой взгляд в стекле был пугающе ясным и совершенно холодным. Губы сжались в одну тонкую, болезненно напряженную линию. Лицо выглядело очень уставшим, но в нем не было обреченности или жалкой разбитости.
Я прислонилась плечом к дверному косяку и внимательно прислушалась к звукам дома. В комнатах было очень тихо, только наш кот Бублик мирно урчал где-то у кресла хозяина. Настенные часы в кухне мерно отмеряли минуту за минутой, словно падающая капля точила воду в камне.
Мне больше не нужно было мучительно гадать в темноте, кто эта загадочная женщина. Теперь у меня было ее точное имя, социальный статус и конкретный адрес проживания. Осталось только сделать так, чтобы все окончательно встало на свои законные места.
Но финал этой затянувшейся пьесы будет написан вовсе не по лживому сценарию Кости. Я легла в кровать, погасила ночник и впервые за долгое время не проронила ни слезинки. Внутри меня образовалась звенящая пустотная пустыня с четким дорожным знаком.
Этот воображаемый знак прямо указывал, что дальше предстоит большая и серьезная работа. А утром, когда муж снова бросит свое дежурное «не жди меня к ужину», я возьму в руки другой телефон. Это будет не наш домашний аппарат, а совершенно новый, купленный тайком номер.
И вот тогда, дорогой мой Костя, счет за предательство начнется уже по-настоящему. В понедельник он встал пораньше и беззаботно насвистывал веселую мелодию в душе. Он вел себя так беспечно, будто проблемы всего мира его совершенно не касаются.
Муж аккуратно завязал дорогой галстук перед зеркалом и бодро сообщил свои планы на день. «Лёля, я сегодня еду в центр активного долголетия на важное заседание нашего совета», — сказал он. «Вернусь поздно, мужики, как водится, после дела захотят поужинать вместе в ресторане».
Я ответила, что всё прекрасно поняла, и мой голос прозвучал на удивление спокойно. «Тебе в дорогу что-нибудь из еды с собой положить?» — заботливо предложила я. «Ничего не нужно, спасибо», — ответил он, наклонился и дежурно чмокнул меня в лоб.
Он привычно бросил свое «не жди к ужину» и быстро вышел за входную дверь. Как только замок щелкнул, я мгновенно сбросила оцепенение и начала действовать. Я закинула легкую сумку на плечо, сжала ключи от машины в ладони и рванула к выходу.
Поехала я не на наш привычный районный перекресток, где каждая кассирша знает меня по имени. Я отправилась подальше, к огромному строительному гипермаркету на объездной дороге. Именно там меня точно никто не знал и не мог случайно узнать.
Там я купила простенький кнопочный мобильный телефон, расплатившись за него наличными деньгами. Яркую картонную упаковку я безжалостно выбросила тут же, в мусорную урну у главного входа. Я села в душную машину, собрала аппарат и набрала нужный мне номер.
Этот полезный контакт я заранее нашла в старой записной книжке под кодовым именем «Бурова К.». Это был опытный частный детектив из агентства «Дельта» по имени Ксения. Ее женский голос в трубке прозвучал очень деловито и предельно четко.
«Ксения, здравствуйте, вас беспокоит Елена Петровна Морозова», — вежливо представилась я. Я напомнила ей, что мы когда-то работали в одной школе с ее матерью Ларисой. Голос Ксении заметно смягчился, и она сказала, что прекрасно помнит меня.
«Ваши фирменные пирожки на школьных педсоветах остаются настоящей легендой до сих пор», — тепло улыбнулась она в трубку. Она вежливо поинтересовалась, чем именно ее агентство может мне помочь в данной ситуации. Я глубоко вдохнула спертый воздух салона и коротко изложила суть своей деликатной проблемы.
«Мне нужны неоспоримые и четкие доказательства систематических измен моего мужа», — твердо сказала я. «Мне нужны качественные фото, точные даты и конкретные места их тайных встреч». Я особо подчеркнула, что мне нужно достать всё это без малейшего скандала и так, чтобы он ничего не догадался.
После короткой раздумчивой паузы Ксения предложила приехать к ней в офис сегодня ровно к двум часам дня. Ее рабочее место находилось в самом центре города, в неприметном кабинете прямо над круглосуточной стоматологией. «Все финансовые условия и мелкие детали мы подробно обсудим на месте при личной встрече», — добавила детектив.
До нашей назначенной встречи у меня оставалось еще почти три свободных часа. Я решила заехать к Рите, но не стала подходить к калитке, а набрала ее номер с соседней улицы. «Рит, привет, как там продвигаются наши дела по банкетному залу?» — бодро спросила я.
«Лена, всё идет просто потрясающе и замечательно!» — громко зашептала она так, будто у заборов были уши. «Директор Дома культуры дал нам отличные временные слоты на выходные». Она добавила, что голубые праздничные скатерти и красивые гирлянды уже полностью готовы к развешиванию.
Она радостно сообщила, что списки приглашенных гостей постоянно растут. По ее словам, абсолютно все с огромным нетерпением ждут этой грандиозной встречи. «Ох, как же сильно и искренне обрадуется наш дорогой Костя!» — восторженно воскликнула Рита в трубку.
«Ты только держи язык за зубами и будь тише на поворотах, ведь это должен быть настоящий сюрприз», — строго осадила я ее. Соседка клятвенно заверила меня всеми святыми, что будет молчать как рыба об лед. После разговора с Ритой я целенаправленно зашла в аптеку на другом, спальном конце города.
Я купила там пару совершенно безобидных и легальных позиций для стимуляции желудка. Это были специфические препараты, от которых людям бывает очень неудобно, но они не представляют никакой опасности для жизни. Я взяла специальные порошковые пакетики, очищающий травяной чай и небольшой пузырек с каплями.
На кассе я мило и виновато улыбнулась молодой девушке-фармацевту. Я немного посетовала на тяжелую семейную жизнь и болезни пожилых людей. Я убедительно соврала, что у мужа серьезные возрастные проблемы и его кишечник очень часто шалит.
Я добавила, что пусть эти нужные лекарства лучше всегда лежат дома в запасе на всякий экстренный случай. Фармацевт очень понимающе и сочувственно кивнула головой. Она быстро пробила чек и аккуратно запечатала мои покупки в непрозрачный пакет.
Вернувшись домой, я спрятала эти опасные покупки очень глубоко в шкаф с запасными полотенцами. Я надежно положила их за стопку нарядных праздничных наволочек. Я твердо пообещала самой себе действовать максимально аккуратно и абсолютно без риска.
Я решила, что в моем плане не будет никаких опасных рецептурных ядов. Это будет только грамотно и эффектно выстроенный театральный сюжет. И, конечно же, я буду действовать с максимальной осторожностью на каждом этапе.
До двух часов дня я сидела в гостиной и методично перебирала наши старые семейные фотоальбомы. Мои огрубевшие пальцы помнили эти плотные картонные страницы гораздо лучше, чем голова. Вот наша счастливая скромная свадьба, где на мне простое белое платье, а у Кости еще темная густая челка.
Вот молодой и невероятно гордый Костя держит на руках крошечного кричащего Мишу. В глазах новоиспеченного отца отчетливо читается легкий панический испуг. А это наши веселые июльские шашлыки в саду под звонкий и беззаботный соседский смех.
На деревянном столе красуется мой любимый парадный фарфоровый сервиз с синими цветами. Я тщательно и безжалостно выбрала десяток самых лучших и трогательных снимков. Они идеально подходили для создания слезливого праздничного слайд-шоу.
Пусть у всех приглашенных на юбилей людей будет очень четкая и светлая картинка. Картинка того идеального семейного мира, который именно сегодня с треском рушится. Ровно в два часа дня я тяжело поднялась по крутой лестнице над вывеской стоматологии….
