«По Черному морю прокатимся на большом теплоходе, что ли?» — предложил он подозрительно весело. «В конце концов, пока ноги еще ходят, надо же жить на полную катушку, верно?» У меня внутри неприятно и очень болезненно кольнуло от этих лицемерных слов.
Этот злосчастный круиз придумала я сама еще ранней и холодной весной. Я тогда бережно откладывала на него копеечку к копеечке из нашей пенсии. Но Костя тогда лишь пренебрежительно отмахнулся от меня, сказав, что это слишком скучно.
А теперь вот он сам с энтузиазмом предлагает мне эту дорогую поездку. Я молча отвернулась от него и посмотрела в тонированное автомобильное окно. Мимо нас неспешно шли молодые семьи с детскими колясками.
Проносились шумные мальчишки на самокатах и гуляли влюбленные студенческие парочки. Я смотрела на них и с горечью думала о нашей лживой жизни. Интересно, кто из этих счастливых с виду людей тоже живет в двух совершенно разных реальностях?
«Я обязательно подумаю над этим предложением, Костя», — ответила я совершенно ровным голосом. Вернувшись домой, он уютно устроился в своем мягком кресле перед телевизором. Он вел себя так, будто в мире не существует ничего важнее спортивных обзоров.
Я покорно подала ему кружку свежего чая, а сама отошла к кухонному окну. В этот момент я отчетливо и ясно поняла, что больше не выдержу мучительной неизвестности. Мне жизненно необходимо было узнать точное имя и увидеть реальное лицо, а не просто тень.
Я сказала мужу, что ненадолго зайду к Рите обсудить цветы для банкетного зала. Затем я села в свою старенькую «Ладу» и уверенно поехала по знакомому маршруту. Я направилась прямиком к тому самому элитному коттеджному поселку.
В воскресный день там было на удивление тихо, словно в пустом краеведческом музее. На соседнем зеленом участке мирно и монотонно урчала дорогая газонокосилка. Охранник в своей будке лениво листал новостную ленту в мобильном телефоне.
На подъездной дорожке у их дома красиво переливалась тень от включенного фонтанчика. Я припарковалась чуть поодаль, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Я сделала вид, что увлеченно с кем-то переписываюсь в мессенджере.
Мое томительное ожидание продлилось примерно полтора долгих часа. Наконец массивная дубовая дверь нужного мне дома плавно открылась. На высокое крыльцо вышла женщина заметно моложе меня, но уже далеко не юная девочка.
На вид ей было лет под шестьдесят, и она выглядела очень стильно и ухоженно. Она была одета в дорогие белые льняные брюки и светлую шелковую блузку. У нее было безупречно уложенное каре, а на шее поблескивала изящная жемчужная нить.
Шаги ее были невероятно легкими и грациозно уверенными. Именно так ходят богатые люди, которые никогда не смотрят на итоговые суммы в чеке на кассе. Она плавно села в блестящий седан, который всегда стоял ближе всего к цветочной клумбе.
Машина тихо завелась и неспешно поехала в сторону центра города. Я, словно прилежная ученица на курсах слежки, держалась за ней на расстоянии трех корпусов. Она остановилась у крупной модной галереи в самом центре Одессы.
Она привычным и властным жестом сдала ключи от машины местному парковщику. Затем она уверенно вошла внутрь огромного, сверкающего витринами торгового центра. Я нервно спрятала свою скромную сумку под мышку и пригладила подол платья.
Собравшись с духом, я пошла следом за ней в эти сияющие двери. В этом царстве кричащего блеска и роскоши я чувствовала себя совершенно чужой и неуместной. Вокруг были скользкие мраморные полы и гулял мягкий холод от мощных кондиционеров.
В ярко освещенных витринах висели платья, стоимость которых многократно превышала мою годовую пенсию. Моя цель грациозно зашла в очень дорогой дизайнерский бутик. Я знала названия таких магазинов только по уличным вывескам и глянцевым журналам.
Там она неторопливо перебирала плечики с одеждой с очень деловым и оценивающим взглядом. Она приложила к себе роскошный наряд глубокого и благородного синего цвета. К ней тут же подскочила улыбчивая продавщица с невероятно нежным, отработанным голосом.
«Елизавета Сергеевна, мы так несказанно рады вас снова видеть!» — сладко прощебетала девушка. «Как поживает наш многоуважаемый доктор Платонов?» «Ой, да он буквально утонул с головой в своих сложных пациентах», — со вздохом ответила покупательница.
Она добавила, что сейчас придирчиво выбирает платье на благотворительный вечер при их частной клинике. «Нужно выглядеть так, чтобы приглашенные люди жертвовали деньги как можно щедрее», — пояснила она со знанием дела. Обе женщины легко, звонко и совершенно не зло засмеялись этой шутке.
Я усердно делала вид, что очень внимательно рассматриваю дамские сумки на соседнем стенде. А у самой внутри в это время разливался липкий и мерзкий холод. Этот холод медленно и неотвратимо опускался прямо к моему сводящему от ужаса животу.
Теперь я точно знала, что эту разлучницу зовут Елизавета Платонова. Я также поняла, что она является законной женой какого-то успешного хирурга. Это была вовсе не наивная бедная студентка и не случайная мимолетная связь на одну ночь.
Это была очень статусная и уверенная в себе женщина со своей собственной устроенной жизнью. Мы ходили за ней по сверкающим этажам галереи еще какое-то продолжительное время. Под словом «мы» я, конечно же, подразумеваю саму себя и свой липкий животный страх.
Этот страх старательно и покорно держал нужную безопасную дистанцию от соперницы. Она сделала несколько дорогих покупок и приняла фирменные пакеты с невозмутимым спокойствием. Так ведут себя только те люди, которые с рождения привыкли к безупречному и вежливому обслуживанию.
Потом она уютно устроилась за столиком в красивом кафе на верхнем этаже. Официант тут же принес ей заказанный бокал дорогого белого вина. Она элегантно проверила время на своих золотых часах и стала кого-то явно ждать.
Я в глубине души уже прекрасно знала, кого именно она так покорно ждет. Но когда я увидела своего Костю, идущего к ней быстрым шагом, сердце все равно предательски екнуло. Он подошел, наклонился и поцеловал ее в щеку чуть дольше, чем это прилично делать при свете дня.
Мои трясущиеся руки сами нашли раскидистую зеленую пальму в большой напольной кадке. Я трусливо спряталась за ее широкими листьями, словно нашкодившая школьница. Их тихого воркования я не слышала, но слова мне были совершенно не нужны.
Я прекрасно видела их ладони, которые привычно и жадно нашли друг друга на столешнице. Он нежно откинул выбившуюся прядь волос от ее ухоженного лица. Казалось, будто он репетировал этот интимный жест долгими годами.
Я отчетливо слышала ее тихий, очень довольный и интимный женский смех. Охранник торгового центра косо и подозрительно глянул на меня. Всем своим строгим видом он показывал, что стоять за пальмой здесь категорически не положено.
Я молча кивнула ему и пошла прочь максимально быстрым шагом. Мое загнанное сердце еще прекрасно помнило армейскую команду «шагом марш». На улице было очень жарко и шумно, как и положено в типичный воскресный день.
Я шла к парковке на автопилоте, словно в тяжелом и вязком кошмарном сне. Я очнулась только тогда, когда наконец-то оказалась за рулем своей машины. Мои руки предательски дрожали, но руль я сжимала изо всех оставшихся сил.
В этот страшный момент крушения иллюзий мне хотелось контролировать хотя бы одну вещь. Домой я ехала чисто механически, совершенно не запоминая перекрестков и поворотов. Когда я въехала в наш родной переулок, вишневая «Волга» мужа уже стояла на своем привычном месте.
Она мирно и невинно блестела под широким навесом у соседки Дарьи Ивановны. Казалось, будто эта машина никуда сегодня и не уезжала со двора. Она стояла так гордо, словно ничего не знала про чужие шелковые блузки и бокалы с вином.
В открытом окне нашей кухни привычно мелькнула знакомая тень Кости. Вокруг были свои родные кирпичные стены и свой давно обжитый уютный дом. Он совершенно спокойно наливал чай и резал хлеб, делая все точно так же, как и всегда.
А я стояла на пороге и с ужасом понимала, что стала совершенно другой женщиной. Я глубоко вдохнула и наконец переступила порог родного дома. Муж тут же обернулся ко мне с дежурной улыбкой на губах.
«Лёля, где ты так долго пропадала, у Риты засиделась?» — спросил он будничным тоном. «Да, у Риты», — коротко кивнула я, тяжело ставя сумку на тумбочку в прихожей. Я добавила, что мы успешно договорились по поводу покупки цветов для украшения зала.
«Какая же ты у меня молодец», — сказал он и улыбнулся так, как ни в чем не бывало. На его лице появилась та самая давняя домашняя улыбка с теплыми уголками губ. «А что у нас сегодня вкусного будет на ужин?» — поинтересовался неверный супруг.
Я открыла дверцу холодильника и уставилась на полки с продуктами. Я смотрела на них ровно столько времени, чтобы мой сорванный голос зазвучал ровно. «Будет жареная картошка с грибами и свежий салат», — ответила я, не оборачиваясь к нему.
Я спросила, хватит ли ему этого скромного набора для плотного ужина. «Конечно, Лёля, как всегда хватит», — довольно ответил муж, усаживаясь в свое кресло. Я отчетливо слышала, как свежая газета привычно хрустит под его уверенными руками….
