Он был известен как тихий, надёжный и кристально честный человек. Он взял чип из рук Марины и внимательно осмотрел его под светом лампы. «Это устройство для нарушения цикла зажигания, оно вызывает ложную неисправность в последовательности. Я видел только один такой чип в прототипе двигателя, который загадочным образом вышел из строя в прошлом году».
Николай выглядел потрясённым этим заявлением. «Это был один из моих заказов, тот же код неисправности. Они сказали мне, что я установил не те детали, и я чуть не потерял из-за этого работу и лицензию».
Голос Андрея понизился до шепота: «Тогда я верил в официальную версию, но теперь я не уверен ни в чем». Снова наступила тишина, но на этот раз она была более тяжёлой и мрачной, пропитанной подозрением. В душе Андрея зародилось сомнение, и оно быстро росло, захватывая и остальных.
Марина повернулась к Руслану и посмотрела ему прямо в глаза. «Ты знал, что что-то не так с этим мотором. Поэтому ты и вызвал меня на это показательное выступление».
«Тебе нужен был козёл отпущения, кто-то, кто бы взял на себя вину и позор, если бы информация о проблемах стала достоянием общественности». Руслан сделал шаг вперёд, его голос был тихим, но дрожал от сдерживаемого гнева. «Следи за языком, девчонка».
Но Марина не сдалась и не отступила. Она оглядела других механиков, ища поддержки. «Вы все слышали, как он заработал, вы видели это своими глазами, этот двигатель был умышленно саботирован».
«И если это произошло однажды, то может повториться снова с любым из вас. Скольких из вас обвиняли в сбоях, в которых вы не были виноваты на самом деле?» Один за другим мужчины начали кивать, соглашаясь с её словами.
Старые воспоминания, обиды и подозрения всплыли на поверхность. Неправильно оформленные отчёты, загадочные поломки, уволенные товарищи, которые так и не получили второго шанса оправдаться. В мастерской, где только что царила тишина, зашумели не машины, а назревал бунт, нечто гораздо более опасное для руководства.
«Правда?» — голос Руслана дрогнул, и он сделал шаг назад. Его уверенность пошатнулась под тяжестью коллективного взгляда. Марина подошла к своему рюкзаку на верстаке, снова открыла его и вытащила распечатанные отчёты, даты, коды ошибок и журналы событий.
Она хорошо подготовилась к этому дню. «Все эти загадочные поломки были связаны одной общей нитью, одной системой, которую контролировал или утверждал лично Руслан». «Я просто хотела помочь отцу очистить имя», — сказала она.
«Но теперь я думаю, что это нечто большее, гораздо большее, чем просто ошибки». Николай подошёл к дочери, положил тяжелую руку ей на плечо и мягким, полным эмоций голосом сказал: «Ты сделала то, что не смог сделать никто другой, дочка, ты нашла правду».
Но они даже не подозревали, что их ждёт дальше. Потому что за пределами мастерской за разворачивающейся драмой наблюдал кто-то ещё. Кто-то, кого Марина совершенно не ожидала увидеть здесь. И этот человек собирался раскрыть секрет, который потрясёт всю компанию до самого основания.
Тяжелая металлическая дверь в задней части гаража со скрипом открылась, и все головы мгновенно повернулись на звук. Свет с улицы очертил высокую фигуру мужчины в строгом угольном пиджаке, чьи шаги резким эхом отзывались по бетонному полу. Это был Виктор Петрович, региональный директор по операциям и непосредственный начальник Руслана.
Никто не видел его в этой мастерской больше года, его уровень был слишком высок для обычных визитов. Его внезапное появление заставило всех в комнате замереть от неожиданности. Лицо Руслана мгновенно побледнело от паники, маска высокомерия слетела прочь.
Он инстинктивно поправил воротник рубашки и плотно сжал губы. Виктор окинул цепким взглядом сцену: застывшие в молчании рабочие, покрытый смазкой гудящий двигатель, который по документам не должен был работать, и Марина, стоящая рядом с ним и излучающая уверенность, словно электричество. Он прошёл мимо Руслана, даже не взглянув на него и не сказав ни слова, и остановился прямо перед работающим двигателем.
Он протянул руку, осторожно положил ладонь на вибрирующий металлический корпус и прислушался к идеальному ритму его внутренних механизмов. «Этот двигатель был официально классифицирован как неисправный и подлежащий списанию». «Я сам подписал отчёт об утилизации», — сказал Виктор спокойным, но твёрдым голосом, не терпящим возражений.
«Почему он работает?» Марина не дрогнула перед высоким начальством. Она шагнула вперёд и протянула ему извлеченный чип-передатчик.
«Потому что кто-то очень не хотел, чтобы он работал. Я нашла это внутри механизма и могу доказать, что это не была ошибка или случайность». Виктор повертел чип в пальцах, рассматривая его, затем поднял тяжелый взгляд на Руслана.
«Вы знали об этом?»
Обсуждение закрыто.