«Я думал, что у тебя проблемы… с этим». Оксана пожала плечами. Слова, которые когда-то ранили бы ее до глубины души, теперь скользили по поверхности, не задевая.
«Материнство не всегда начинается с рождения», — просто ответила она. «Иногда оно начинается со встречи». Будто по сигналу, Богдан потянул ее за руку.
«Мама, можно мне шоколадное молоко? То, которое мы всегда берем?» «Конечно, малыш», — Оксана с нежностью посмотрела на младшего сына.
«Назар, поможешь ему выбрать?» Старший кивнул, бросив последний изучающий взгляд на незнакомого мужчину, и повел брата к холодильным витринам, не теряя их с Оксаной из виду. «Они…» Тарас замялся, подбирая слова.
«Они приемные?» «Они мои», — твердо ответила Оксана. «А я — их. Это все, что имеет значение».
Что-то изменилось в лице Тараса, будто тень прошла по нему, сделав черты резче, старше. «Как ты?» — начал он, но не закончил вопрос. Оксана не стала помогать ему.
Рассказывать историю о том, как нашла мальчиков на рынке, как боролась за право стать их матерью, как они вместе учились быть семьей, было слишком личным, слишком священным, чтобы делиться с человеком, который когда-то отверг ее из-за диагноза. «А ты как?» — спросила она вместо этого, чтобы разрядить напряжение. «Как твоя семья?»
Тарас на секунду отвел взгляд, и этот жест сказал Оксане больше, чем любые слова. «Нормально», — произнес он наконец. «Сын заканчивает второй класс. С женой… сложно. Много работаем оба».
В его голосе не было той гордости и счастья, которых Оксана ожидала. Тот Тарас, которого она помнила, мечтал о большой семье, о детях, бегающих по просторному дому. В нынешнем Тарасе она видела усталость и какую-то глубинную неудовлетворенность, которую он, возможно, даже сам не до конца осознавал.
Мальчики вернулись, и Богдан гордо показал бутылочку с шоколадным молоком. «Я сам нашел! Назар только подсказал, где искать».
«Молодец, солнышко», — Оксана улыбнулась, погладив его по вихрастой макушке. «Положи в тележку, и поедем дальше. У нас еще много дел сегодня».
Она повернулась к Тарасу. «Что ж, рада была встретиться. Передавай привет родителям».
«Да, конечно», — он кивнул, все еще глядя на мальчиков с тем же странным выражением на лице. «Было приятно увидеться». Оксана взяла Богдана за руку, Назар встал с другой стороны, и они двинулись дальше, оставив Тараса стоять посреди прохода с тележкой, в которой одиноко лежали бутылка дорогого вина и упаковка стейков.
Она почувствовала его взгляд спиной, но не обернулась. Прошлое осталось позади, и она не хотела даже на секунду возвращаться туда, где была другой Оксаной — неуверенной, зависимой от чужого мнения, ищущей счастье через призму чужих ожиданий. «Кто это был?» — спросил Назар, когда они отошли достаточно далеко.
Оксана на секунду задумалась, решая, как правильно объяснить. «Это человек из моей прошлой жизни», — сказала она наконец. «Очень давний. Еще до вас».
Назар кивнул с пониманием, которое иногда удивляло ее в одиннадцатилетнем мальчике. «Он грустный», — неожиданно выдал Богдан, который, казалось, был полностью поглощен своим шоколадным молоком. «Почему ты так решил?» — спросила Оксана, удивленная его наблюдательностью…
«У него глаза, как у дяди Миши, когда тот рассказывал, что его кошка убежала», — серьезно пояснил Богдан, имея в виду соседа, недавно потерявшего любимого питомца. «Как будто что-то потерял и не может найти». Оксана промолчала, пораженная глубиной детского наблюдения.
Устами младенца, подумала она, продолжая двигаться по магазину. Вечером, когда дети уже спали, она сидела в своей маленькой мастерской дома, доделывая заказ — игрушечного рыцаря для сына клиентки. Руки автоматически выполняли привычные движения, а мысли возвращались к сегодняшней встрече.
Три года назад, только начав процесс усыновления, Оксана часто думала о том, что сказал бы Тарас, увидев ее с детьми. Воображала его удивление, возможно, сожаление. Это была своего рода фантазия-реванш, помогавшая справляться с трудностями адаптации, с бюрократическими препонами, с финансовыми проблемами.
Но сегодня, лицом к лицу с бывшим мужем, она не почувствовала ничего, кроме спокойного сострадания. Тарас наконец получил то, чего так жаждал — биологического сына, продолжателя рода. Но счастья в его глазах она не увидела.
Может быть, дело было не только в детях. Может, его родители, чье мнение всегда значило для него так много, оказались слишком властными. Может, женщина, ради которой он бросил Оксану, оказалась не такой идеальной спутницей, какой представлялась.
Оксана не знала ответов на эти вопросы. И что удивительно — они больше не имели для нее значения. Она аккуратно пришила последнюю деталь к рыцарскому плащу и отложила игрушку, чтобы полюбоваться работой.
Маленький воин смотрел на мир храбрыми пуговичными глазами, готовый защищать того, кто полюбит его. Оксана улыбнулась своим мыслям. Она тоже была своего рода рыцарем — отважно бросилась в бой за своих детей, преодолела все препятствия, не отступила перед трудностями.
И выиграла самую важную битву в своей жизни — битву за счастье. Она прошла через пустоту и одиночество, через отказ и предательство, через бюрократические преграды и материальные лишения. Но в конце пути обрела семью, о которой всегда мечтала.
Не такую, как представлялась в юности — с мужем из хорошей семьи, с собственным просторным домом, с биологическими детьми, похожими на нее внешне. Вместо этого судьба привела ее к двум мальчикам, нуждавшимся в ней так же сильно, как она в них. К маленькой квартире, которая стала настоящим домом, наполненным любовью.
К работе, которая приносила не только доход, но и творческое удовлетворение. Она отложила работу и подошла к окну. Ночной город мерцал огнями, каждый из которых означал чей-то дом, чью-то историю, чью-то жизнь со своими взлетами и падениями.
Чем бы все обернулось, если бы не тот день на рынке? — подумала Оксана. Вопрос без ответа, дорога, по которой она не пошла. Ей вспомнилась бабушкина поговорка: судьба выбирает нас, но мы решаем, что с этим делать.
Судьба выбрала ее для встречи с двумя мальчиками, отчаянно нуждавшимися в матери. А она решила стать ею — вопреки всем сомнениям, страхам, препятствиям… И теперь, спустя три года, глядя на спящих в своих кроватях сыновей, она знала: это было лучшее решение в ее жизни.
Единственно верное. Оксана улыбнулась своему отражению в темном стекле. В нем она видела не ту неуверенную женщину, брошенную мужем из-за неспособности иметь детей, а мать двоих сыновей, хозяйку маленькой, но успешной мастерской, человека, нашедшего свое место в мире.
Где-то в городе жил Тарас, пытающийся построить семью по чертежам, унаследованным от родителей. Где-то доживала свой век Олеся, возможно, даже не вспоминавшая о сыновьях, которых потеряла по собственной вине. Но здесь, в этой квартире, в этот момент, были Оксана и ее дети, ее семья, ее счастье.
Настоящее, выстраданное, бесконечно ценное. Она тихо прошла по коридору, заглянула в комнату Назара: мальчик спал, разметавшись на кровати, книга, которую он читал перед сном, лежала рядом. Потом проверила Богдана: малыш посапывал, обнимая плюшевого медведя, которого она сшила ему на день рождения.
Жизнь не всегда дает нам то, о чем мы просим. Иногда она дает нечто большее, если у нас хватает смелости это принять. У Оксаны хватило.
И теперь, закрывая двери детских комнат, она благодарила судьбу за тот холодный октябрьский день на рынке, когда худенький мальчик с серьезными глазами дернул ее за рукав, навсегда изменив течение трех жизней.
Обсуждение закрыто.