— испуганно спросил мальчик, увидев слезы на лице Михаила. — Вам плохо?
Михаил поспешно вытер глаза и спрятал фотографии обратно в коробку.
— Ничего серьезного, — сказал он, стараясь говорить спокойно. — Просто вспомнил былое.
Артем поставил дрова в угол и участливо посмотрел на лесника:
— Расскажите, что вас расстроило. Может, полегчает?
— Когда-нибудь расскажу. Не сейчас, — ответил Михаил. — Некоторые воспоминания слишком болезненные.
Весь день он вел себя странно и задумчиво. То начинал что-то говорить Артему, то замолкал на полуслове. То долго смотрел на мальчика, изучая его лицо. Артем чувствовал это напряжение, но не понимал его причину. Он старался вести себя как обычно, помогал по хозяйству, но видел: что-то изменилось.
Вечером они сидели в гостиной. Артем читал книгу, которую дал ему Михаил, а лесник притворялся, что чинит старые часы. На самом деле он все время украдкой смотрел на мальчика. В профиль Артем был удивительно похож на сестру. Тот же разрез глаз, та же манера морщить лоб, когда что-то не понимает в тексте. Даже улыбался точно как Лена в детстве.
Михаил мучился вопросом: сказать Артему правду или пока помолчать? С одной стороны, мальчик имел право знать, что у него есть родной дядя. С другой — а если он ошибается? Не стоит ли сначала найти более веские доказательства?
— Дядя Миша, — вдруг сказал Артем, поднимая глаза от книги. — Вы сегодня на меня как-то странно смотрите. Я что-то не так делаю?
— Нет, все хорошо, — поспешно ответил Михаил. — Просто думаю. О жизни. О том, как все в ней переплетается.
Артем недоуменно пожал плечами и вернулся к чтению.
Ночью Михаил долго не мог заснуть. Он принял решение: завтра поедет в город и попытается навести справки. Нужно найти более конкретные доказательства, прежде чем говорить с Артемом. Может, удастся найти документы о браке Лены, свидетельство о рождении Артема. Пока же он не скажет мальчику ни слова. Нельзя травмировать ребенка, который и так пережил достаточно потрясений.
Если это действительно сын Лены, то получается, все эти годы у него был племянник, о существовании которого он не знал. А Лена умерла, и он даже не был на ее похоронах. Эта мысль была так болезненна, что он зажмурился. Завтра он обязательно поедет в город и выяснит все до конца. А пока нужно было вести себя как обычно, чтобы не испугать Артема.
Михаил заснул только под утро, а во сне ему приснилась маленькая Лена, которая плакала и звала его по имени.
Утром Михаил был особенно сосредоточен и молчалив. Он пил кофе, глядя в окно, и явно о чем-то размышлял.
— Нужно съездить в город по делам, — наконец сказал он Артему. — Документы оформить, кое-что купить.
— А можно я поеду с вами? — с надеждой спросил мальчик. — Мне хочется немного прогуляться по городу.
— Нет, — решительно ответил Михаил. — Останься дома, приглядывай за хозяйством.
Он написал на листке список дел и протянул Артему:
— Покорми птиц у кормушек возле дома, принеси воды из колодца, подкинь дров в печь. Вечером вернусь.
Михаил завел свой старый УАЗик и уехал, оставив за собой облако выхлопных газов. Артем долго махал ему вслед с крыльца, чувствуя странное одиночество. Почему-то дядя Миша сегодня казался встревоженным и отстраненным. День обещал быть долгим и скучным.
Артем выполнил все поручения за два часа. Покормил синиц и снегирей, принес четыре ведра воды, наколол дров и сложил их у печки. Теперь делать было нечего, а до вечера еще далеко. Он скучающе бродил по дому, рассматривая старые книги на полках, изучая фотографии на стенах. Везде были снимки природы: лес в разные времена года, животные, птицы. Но семейных фотографий почти не было. Артем заметил несколько пустых рамок на полке — кто-то явно убрал оттуда фотографии. Интересно, кто там был изображен? Наверное, покойная жена дяди Миши. Слишком больно было на них смотреть.
Чтобы сделать дяде приятное, Артем решил немного прибраться в доме. Протер пыль с мебели, подмел пол, расставил книги аккуратнее. В спальне Михаила, протирая пыль со старого комода, Артем случайно задел один из ящиков. Тот неожиданно выдвинулся — видимо, замок давно сломался, и ящик просто заедал. Внутри лежала стопка документов и старых фотографий. Артем хотел было задвинуть ящик обратно: нехорошо рыться в чужих вещах. Но первое, что бросилось в глаза, заставило его замереть.
Свидетельство о рождении. Крылова Елена Михайловна. Точь-в-точь как звали его маму. Неужели это простое совпадение? Дрожащими руками Артем взял лежавшую рядом фотографию. На ней была изображена девочка лет десяти с косичками и веселыми глазами. Мальчик ахнул: это была точная копия его мамы в детстве. Он видел похожие снимки в семейном альбоме дома.
Артем опустился на пол прямо посреди комнаты, не веря своим глазам. Руки тряслись, когда он перебирал фотографии одну за другой. Мама в разном возрасте: в пять лет, в десять, в пятнадцать. Та же улыбка, те же глаза, та же родинка на щеке. Сомнений не было: это действительно его мама.
На одной из фотографий мама стояла рядом с мальчиком постарше. Парень был похож на Михаила, только молодой: те же черты лица, та же серьезная улыбка. Артем перевернул фотографию. На обороте детским почерком было написано: «Лена и Миша, 1995 год».
Все встало на свои места. Михаил — это брат его мамы. Дядя Миша — его настоящий дядя по крови. Артем плакал от радости и потрясения одновременно. Слезы текли по щекам, но он улыбался во весь рот.
«У меня есть семья. Настоящая семья!» — повторял он про себя.
Он вспоминал мамины рассказы о строгом старшем брате, который всегда ее защищал. Мама говорила, что они поссорились, когда она выходила замуж, и больше не виделись. Но она никогда не рассказывала, как его зовут и где он живет. Теперь стало понятно, почему Михаил иногда странно на него смотрел, почему задавал странные вопросы о маме. Он узнал племянника.
«Но почему молчал? Почему не сказал правду сразу?» — думал мальчик.
Артем решил дождаться возвращения дяди и все выяснить. Нужно было поговорить открыто, без секретов. Весь оставшийся день Артем метался по дому в невероятном возбуждении. Он то садился, то вскакивал, то ходил из комнаты в комнату. Сосредоточиться ни на чем не мог. Мальчик снова и снова рассматривал найденные фотографии. На одной мама держала букет цветов и смеялась, обняв за плечи серьезного подростка Мишу. На другой они лепили снежную бабу во дворе — маме было лет семь, а дяде одиннадцать. Еще один снимок: мама задувает свечи на торте, а Миша стоит рядом с подарком в руках.
Они были настоящей семьей, думал Артем, чувствуя одновременно радость и горечь. А потом что-то случилось. Он вспоминал, как мама иногда грустила без причины, как смотрела в окно долгими вечерами. Теперь понятно: она скучала по брату. Но почему они поссорились? И почему так и не помирились?
Мальчик репетировал, что скажет Михаилу.
«Дядя Миша, я знаю, что вы мой дядя».
Или лучше спросить осторожно: «Дядя Миша, а вы точно не знали мою маму?»
Обсуждение закрыто.