— Инга! Как ты смела выгнать моего ребенка из родного дома?
— Я думала, он давно сгинул где-нибудь в лесу, — нагло ответила Инга, даже не пытаясь оправдываться. — Жаль, что выжил.
Артем инстинктивно прижался к отцу и дяде. Столько злобы и ненависти он не видел даже в самые страшные дни.
— Как ты можешь так говорить о ребенке? — ошарашенно спросил Сергей.
— Легко, — холодно ответила Инга. — Он мне мешал. И всегда мешал.
— Объясни немедленно, что здесь происходит! — потребовал Сергей, указывая на грузовик и рабочих.
Инга цинично усмехнулась:
— Продаю дом и все имущество. Забираю деньги и уезжаю с Кириллом подальше отсюда.
Она достала из папки справку о смерти и помахала ей перед носом мужа:
— Как законная вдова, имею полное право на все наследство покойного супруга.
Сергей вырвал у нее справку из рук:
— Это же подделка! Я живой, стою перед тобой!
— Докажи это! — злобно засмеялась Инга. — Свидетелей твоего воскрешения нет. Официально ты умер в командировке от сердечного приступа. Документы оформлены правильно.
Рабочие продолжали методично выносить вещи, не обращая внимания на семейную драму. Для них это была обычная работа.
— Как ты могла подумать такое? — не верил Сергей. — Мы же были семьей.
— Ты был только помехой, — отрезала Инга. — А твой сынок — и подавно.
— Все! — решительно сказал Сергей, доставая телефон. — Я вызываю полицию.
Но Инга не растерялась:
— А я скажу им, что ты годами избивал своего пасынка, — злобно ухмыльнулась она.
Она схватила Артема за руку, демонстрируя старые синяки:
— Видишь? Доказательства налицо. Ребенок весь в побоях.
— Это она меня била! — закричал Артем, вырываясь. — Каждый день!
— Кому поверят: взрослой женщине или малолетнему врунишке? — спокойно спросила Инга. — Я скажу, что он сбежал от домашнего насилия, а теперь его заставляют лгать.
Сергей побледнел, понимая, насколько продуман был план жены. Она заранее создала себе алиби и обвинение против него.
Вдруг из дома выбежал маленький Кирилл с любимой машинкой в руках. Трехлетний мальчик увидел Артема и радостно побежал к нему:
— Тема! Тема вернулся! Я скучал!
Инга попыталась схватить сына:
— Кирилл, пойдем отсюда! Нам нужно уезжать!
Но малыш не слушался.
— Мама, а ты больше не будешь Тему бить? — невинно спросил он. — Мне не нравится, когда ты его бьешь!
Воцарилась мертвая тишина. Даже рабочие остановились и прислушались.
— И папе больше не будешь врать про Тему? — продолжал малыш. — Что он плохой и убежал?
Лицо Инги побледнело. Собственный трехлетний сын выдал все ее секреты.
— Значит, ты действительно издевалась над ним, — понял Сергей. — И раньше было… А я не знал.
— Кирюша ничего не понимает, — попыталась оправдаться Инга. — Он маленький, путает.
Но было поздно. Правда вышла наружу из уст ребенка, который не умел лгать.
— У нас есть все необходимое, — спокойно сказал Михаил, доставая телефон. — Угрозы, признания, свидетельские показания. Я записывал весь разговор.
Инга посмотрела на экран телефона и поняла, что проиграла. Все ее слова, все угрозы были зафиксированы.
— Это незаконно! — закричала она. — Вы не имели права!
— Еще как имели, — ответил Михаил. — Особенно когда речь идет о защите ребенка.
Инга попыталась схватить Кирилла и убежать к машине, но в этот момент во двор въехала полицейская машина. Соседи, услышав крики и увидев странную картину с грузовиком, вызвали патруль.
— Вот и отлично, — сказал Сергей полицейским. — У нас для вас мошенница с поддельными документами.
Вечером, когда Инга была арестована, а ее сообщники-оформители документов взяты под стражу, вся воссоединенная семья собралась в доме. Грузовик увез обратно всю мебель, и дом постепенно возвращался к нормальной жизни.
— Прости меня, сын, — сказал Сергей, обнимая Артема. — Прости, что не защитил тебя, что не видел, что происходит…
Обсуждение закрыто.