В этот момент я услышала странный, сухой треск, доносящийся откуда-то снизу, из самой глубины основания здания, и пол под моими ногами едва заметно, но ощутимо вздрогнул. Иван мгновенно бросился ко мне, пытаясь закрыть своим телом, но Александр лишь громко и торжествующе рассмеялся, глядя на наши тщетные попытки спастись. Я посмотрела вниз и увидела, как из-за угла стройки на огромной скорости вылетают черные автомобили с включенными проблесковыми маячками, но было уже слишком поздно.
Оглушительный, пробирающий до самых костей скрежет рвущегося металла и гулкий треск ломающегося бетона внезапно разорвали тяжелый воздух, мгновенно заглушив нарастающий тревожный вой полицейских сирен. Пол под нашими ногами резко и абсолютно непредсказуемо накренился под неестественным углом, в одночасье превращая надежную твердь в скользкий, смертоносный скат навстречу зияющей пустоте. Иван невероятным, резким и поистине нечеловеческим усилием отшвырнул меня к единственной мощной несущей стене, которая, по его точным профессиональным расчетам, должна была выдержать этот сокрушительный удар.
В ту же секунду огромная многотонная плита перекрытия с жутким, парализующим грохотом рухнула именно туда, где мы с мужем стояли всего одно короткое мгновение назад. Густое облако едкой, удушливой цементной пыли мгновенно заволокло все окружающее пространство, ослепляя слезящиеся глаза и безжалостно обжигая пересохшие от животного ужаса легкие. Я судорожно вцепилась побелевшими, сбитыми в кровь пальцами в грубую кирпичную кладку, физически чувствуя, как весь привычный мир вокруг меня стремительно превращается в первобытный хаос.
Сквозь плотную серую пелену я услышала дикий, полный неконтролируемого отчаяния крик Александра, чей идеально спланированный кровавый план неожиданно дал фатальную и сокрушительную осечку. Он совершенно не ожидал, что дешевые строительные материалы, тайно закупленные по его же хитрым коррупционным схемам, не выдержат даже локального, направленного технического взрыва. Его былая самодовольная уверенность мгновенно испарилась без следа, уступив место паническому, липкому страху перед неумолимо надвигающейся и совершенно реальной, жестокой смертью.
Мой законный муж отчаянно и жалко цеплялся за изогнутую, ржавую арматуру на самом краю обвалившейся террасы, беспомощно болтаясь над пугающей, смертельной бездной. Его ухоженное, холеное лицо, еще минуту назад искаженное властной и презрительной ухмылкой, теперь превратилось в отвратительную маску абсолютного отчаяния и полной беспомощности. Иван, тяжело и прерывисто дыша, прижимая дрожащую руку к кровоточащему виску, медленно поднялся на ватные ноги сквозь постепенно оседающую густую строительную пыль.
Снизу уже отчетливо доносились приглушенные крики бойцов полицейского спецназа и резкий лязг открывающихся тяжелых автомобильных дверей, но для нас время словно навсегда застыло. Мой возлюбленный, превозмогая сильную физическую боль и головокружение, предельно осторожно шагнул к краю провала, глядя сверху вниз на человека, безжалостно уничтожившего мою жизнь. В его глубоких, невероятно уставших глазах не было ни капли той изощренной жестокости, которой так щедро и с избытком был наделен висящий над пропастью Александр.
Его хриплый, срывающийся голос с жалкой мольбой о спасении гулким эхом отражался от уцелевших бетонных стен, обнажая всю его ничтожную, трусливую и прогнившую насквозь сущность. Александр отчаянно и панически сулил любые мыслимые деньги и золотые горы, пока его дорогие, эксклюзивные кожаные ботинки беспомощно скользили по осыпающемуся краю обломанной бетонной плиты. Иван совершенно молча, без малейшего колебания протянул ему свою крепкую, мозолистую руку, наглядно демонстрируя то самое истинное благородство, которого жестокий тиран всегда был напрочь лишен.
Я в немом, парализующем голосовые связки крике протянула дрожащие руки к Ивану, мысленно умоляя его не рисковать собой ради этого чудовищного и подлого человека. Но мой смелый, искренний архитектор всегда поступал исключительно по совести, категорически отказываясь уподобляться хладнокровному убийце даже в самые темные и безнадежные минуты своей жизни. Он невероятно крепко перехватил напряженное запястье Александра, из последних сил пытаясь вытянуть его тяжелое, обмякшее тело на безопасный, неповрежденный участок пыльного пола…
