— Сочтёмся, — ответил Кэп, подмигивая. — С тебя шашлык на этом самом месте.
Мы стояли во дворе моего дома, который снова стал моим. Грязь смоет дождь, забор мы покрасим, сад посадим заново. Главное, что мы живы, и главное, что мы вместе.
Когда последние машины с мигалками исчезли за поворотом, наступила тишина. Чистая, прозрачная, утренняя. Дождь прекратился, и первые лучи солнца робко касались мокрой плитки во дворе. Мы остались вчетвером на крыльце. Катя спала на уцелевшем диване в гостиной, укрытая моим бушлатом. Я смотрел на свой двор и не узнавал его. Самым страшным пятном на этом пейзаже была та самая будка. Бык перехватил мой взгляд. Он молча спустился с крыльца, подошёл к гаражу и вернулся с тяжёлой кувалдой. Он подошёл к будке, размахнулся и опустил боёк на крышу конуры. Треск ломающегося дерева прозвучал как выстрел. Бык бил снова и снова, методично превращая сооружение в груду щепок.
— На помойку, — прогудел он. — Всё это.
— Ты прав, — сказал я, закуривая. — Мы вычистим здесь всё до последнего гвоздя.
Следующие три дня мы работали как проклятые. Мы делали всё сами, своими руками, потому что это была наша терапия. Мы выносили из дома чужую мебель, срывали со стен нелепые картины. Мы сложили огромный костёр на заднем дворе. Огонь пожирал следы прошлого, и я чувствовал, как с души спадает тяжёлый груз. Катя проснулась только к вечеру первого дня. Она вышла на крыльцо, и, когда увидела, как горит кресло Вадима, на её лице появилась слабая улыбка.
— Сгори дотла, — прошептала она.
Я подошёл к ней и обнял за плечи.
— Мы посадим здесь сад, — сказал я. — Яблони, вишни. Я уже заказал саженцы.
Через неделю меня вызвали в прокуратуру. Дело получило такой резонанс, что замять его не смогли бы ни на каком уровне. Видеозаписи, которые Волков скачал с серверов Султанова, стали главным доказательством. Султанову вменяли создание ОПГ и похищение людей. Ему светило пожизненное. Вадим пошёл на сделку со следствием, сдал всех, но свои пятнадцать лет строгого режима он должен был получить железно. Это была справедливость.
Суббота выдалась солнечной. Мы закончили ремонт фасада, перекрасив дом в светлые тона. Забор с колючей проволокой снесли и поставили обычный штакетник. Двор снова стал открытым для солнца. Парни приехали к обеду. Бык привёз мясо, Кэп — гитару. Волков притащил новую аудиосистему. Мы сидели за столом, сколоченным из остатков досок. Катя накрывала на стол. Синяки на её руках почти сошли. Она смеялась над шутками Быка и подкладывала Волкову лучшие куски мяса.
— Ну что, братва, — сказал я, поднимая стакан, — мы это сделали?
— Мы вернули этот мир в равновесие, — отозвался Кэп.
Волков, который обычно молчал, вдруг достал из кармана маленькую коробочку и протянул её Кате.
— Это тебе, Катерина, — сказал он, смущаясь…
