В этот по-осеннему пасмурный и холодный день Светлане Анатольевне исполнилось ровно пятьдесят лет, что означало серьезный жизненный рубеж, большой юбилей и важную круглую дату. Но она категорически отказалась торжественно отмечать этот некогда радостный праздник, предпочитая оставаться в давящей тишине своей просторной квартиры. Осторожные и мягкие доводы любящего мужа убитая многолетним горем женщина даже не приняла во внимание, упрямо глядя в окно на опадающую листву.
«Нет, Коленька, не хочу я никаких застолий, какие уж тут могут быть шумные гости, ты ведь и сам все прекрасно знаешь и чувствуешь. Послезавтра наступит очередная черная годовщина страшной гибели нашей ненаглядной Катюши, поэтому нет у меня абсолютно никакого настроения слушать фальшивые тосты и принимать поздравления». Поседевший раньше времени Николай Петрович лишь тяжело вздохнул, подошел к супруге и с глубоким пониманием молча кивнул, положив руку на ее дрожащее плечо.
Он всем своим израненным сердцем прекрасно понимал состояние супруги и разделял ее бесконечную, не утихающую с годами боль. Ровно семь долгих, мучительных лет назад разбился пассажирский самолет, на котором, как выяснилось гораздо позже, летела их единственная дочь. В живых после той жуткой, непредвиденной и масштабной катастрофы не осталось ни одного человека, лишь обломки металла и пепел покрывали место трагедии.
Собственно говоря, безутешные родители далеко не сразу узнали страшную правду о том, что их любимая Катя вообще находилась на борту того обреченного рейса. С ними лишь спустя значительное время официально связались компетентные власти, чтобы сообщить самую ужасную новость в их спокойной до этого момента жизни. На месте крушения среди обгоревших вещей были случайно найдены чудом уцелевший паспорт и иные личные документы их пропавшей без вести дочери.
В тот же самый злополучный день Светлану Анатольевну экстренно увезла карета скорой помощи прямо в кардиологическое отделение больницы с тяжелейшим сердечным приступом. Несчастная и раздавленная горем мать никак не могла себе простить того факта, что в последние два года земной жизни Кати она совершенно не общалась с ней. Эта ссора висела тяжелым камнем на ее совести, отравляя каждую минуту существования и заставляя прокручивать в голове события прошлого снова и снова…
