— Ты? Ты серьезно?
— Абсолютно серьезно. Вы спасли мне жизнь. Если бы не вы, меня бы сейчас не было. Я хочу, чтобы вы работали со мной. Я вам доверяю.
Слезы потекли по морщинистым щекам старушки. Она поставила чашку на стол и взяла Марину за руки.
— Спасибо, доченька. Спасибо тебе. Я согласна. Буду работать так, что ты не пожалеешь.
Медицинский кабинет открылся в начале весны. Марина повесила объявление в подъездах ближайших домов, раздала листовки на улице. Первые дни посетителей было мало, но постепенно люди начали приходить. Кому-то нужен был укол, кому-то — капельница, кому-то — просто измерить давление. Марина работала с душой. Она относилась к каждому пациенту внимательно, не торопясь, выслушивала жалобы, давала советы. Цены установила доступные, в два раза ниже, чем в частных клиниках. Люди это ценили и рекомендовали ее кабинет знакомым.
Вера Ивановна тоже прижилась. Она сидела за стойкой администратора, записывала пациентов, отвечала на телефонные звонки, заваривала чай для тех, кто после капельницы должен был посидеть и отдохнуть. Старушка расцвела: у нее появился смысл, появилось дело, которое она делала с удовольствием.
Через месяц после открытия в кабинет зашел мужчина лет тридцати восьми. Высокий, в очках, с доброжелательной улыбкой. Он представился:
— Здравствуйте. Меня зовут Андрей Морозов. Я врач-терапевт. Слышал, что здесь открылся новый медицинский кабинет, решил зайти, познакомиться.
Марина пожала ему руку:
— Марина Воронова. Я медсестра, владелица этого кабинета. Очень приятно.
Они разговорились. Андрей рассказал, что работал в городской поликлинике, но устал от бюрократии, огромной нагрузки и маленькой зарплаты. Мечтал о чем-то своем, где мог бы спокойно принимать пациентов, уделять им достаточно времени, не гнаться за количеством.
— Я ищу место, где мог бы работать по совместительству, — сказал он. — Может быть, вам нужен врач? Я мог бы вести прием несколько раз в неделю.
Марина задумалась. Врач в ее кабинете — это было бы здорово. Пациенты могли бы не только получать процедуры, но и консультироваться, получать назначения.
— А какие ваши условия? — спросила она.
— Процент от приемов. Вы предоставляете помещение и оборудование, я привожу своих пациентов и принимаю новых. Доход делим.
Они обсудили детали и пришли к соглашению. Через неделю Андрей начал вести прием по вторникам, четвергам и субботам. Он оказался прекрасным врачом: внимательным, знающим, с хорошим чувством юмора. Пациенты его полюбили, и очередь к нему росла. Марина работала рядом с ним и постепенно понимала, что Андрей ей нравится не только как коллега. Он был добрым, порядочным, умел слушать. Иногда они вместе пили чай в перерывах между пациентами, разговаривали о жизни, о медицине, о мечтах. Андрей рассказал, что разведен, детей нет, живет один. Марина рассказала о своей жизни, о больном отце, о том, через что пришлось пройти в клинике «Медлайф».
— Ты очень смелая, — сказал он, когда она закончила рассказ. — Не каждый решился бы пойти против преступников.
— Я просто делала то, что должна была делать, — ответила Марина. — Не могла молчать.
Как-то раз, это было в конце мая, Андрей задержался после приема. Все пациенты уже ушли, Вера Ивановна тоже отправилась домой. Они остались вдвоем в кабинете.
— Марина, можно тебя кое о чем спросить? — начал он, немного смущаясь.
— Конечно.
— Ты… У тебя есть кто-то? Я имею в виду личную жизнь.
Марина улыбнулась:
— Нет. Последние годы у меня не было времени ни на что, кроме работы и заботы об отце.
— Понятно. А если бы я пригласил тебя в кино? Или просто на прогулку?
Марина посмотрела на него и почувствовала, как внутри что-то теплое шевельнулось. Давно она не испытывала ничего подобного.
— Я бы с удовольствием.
Они начали встречаться. Сначала редко, раз в неделю, когда у Марины была возможность оставить отца с соседкой. Ходили в кино, гуляли по парку, сидели в кафе и разговаривали обо всем на свете. Андрей оказался именно тем человеком, которого Марине так не хватало: надежным, понимающим, с которым можно было быть собой. Он приходил к ним домой, знакомился с Петром Семеновичем. Отец сразу проникся симпатией к Андрею.
— Хороший мужик, — сказал он Марине, когда они остались одни. — Вижу, что он тебя любит. И ты к нему неравнодушна.
— Пап, рано еще говорить о любви, — засмущалась Марина.
— Доченька, я прожил достаточно, чтобы видеть, когда люди подходят друг другу. Вы подходите. Не упусти его.
Прошло еще несколько месяцев. Медицинский кабинет работал все лучше. Марина наняла еще одну медсестру, чтобы справляться с потоком пациентов. Вера Ивановна купила на свою компенсацию маленькую квартиру и переехала из коммуналки. Она буквально светилась от счастья.
— Первый раз в жизни у меня есть свое жилье, — говорила она со слезами. — Спасибо тебе, Мариночка. Если бы не ты, я бы так и умерла в той коммуналке.
Петр Семенович тоже чувствовал себя лучше. Теперь у Марины были деньги на хорошие лекарства, на регулярные визиты массажиста, на специальное оборудование для реабилитации. Отец начал понемногу двигать левой рукой, речь стала чётче. Врачи говорили, что это большой прогресс для человека после инсульта.
В конце осени Андрей сделал Марине предложение. Они сидели в том же парке, где гуляли в первый раз, и он достал маленькую коробочку с кольцом:
Обсуждение закрыто.