Остались только дымящие следы от жженой резины и звенящая тишина, в которой было четко слышно, как Сергей с облегчением выдыхает скопившееся напряжение. Он прекрасно узнал этот специфический звук приближающейся сирены. Это был дежурный патруль местной государственной службы охраны леса. Им, должно быть, показалось крайне подозрительным активное движение транспорта в чаще глубокой ночью. Сергей плотно закрыл люк и медленно спустился вниз.
Он устало сел на деревянный табурет у стола и тяжело наклонился, обеими руками держась за гудящую голову. Кто бы ни были эти трое незваных гостей, они точно приехали сюда не искать историческую правду. Они приехали исключительно искать спрятанное золото. И они пришли сюда слишком быстро, чтобы ценная информация не утекла от самого Дровяна. Буран подошел и лег рядом, доверчиво положив тяжелую голову прямо на колени своего хозяина.
Сергей ласково провел мозолистой рукой по его густой шерсти. «Мы серьезно вляпались, старина», — сказал он очень тихо, глядя в темноту. «И простого пути назад у нас больше нет». Ночь опускалась на заснеженный лес медленно, как тяжелый бархатный занавес в театре. Снег, слабо отражая ржавый свет далекой луны, казался слегка красноватым, будто сам морозный воздух все еще помнил пролитую кровь старых эпох.
Сергей сидел за столом в своем подземном убежище, задумчиво перебирая разложенные инструменты. Он отчаянно пытался успокоиться, восстановить железную логику и найти хоть какой-то приемлемый план действий. Но его беспокойные мысли упрямо возвращались снова и снова к одному и тому же. Он постоянно думал к проклятому золоту, к найденному письму, к холодному Виктору Дровяну и к агрессивным людям в черных балаклавах. И к тому неоспоримому факту, что теперь он уже не просто случайный человек, по дешевке купивший старый бункер.
Теперь он невольный носитель чужой опасной тайны. Буран смирно лежал у его ног, но его чуткий сон так и не наступил. Уши собаки то напряженно поднимались, то опускались в такт звукам. Это был верный признак того, что умный пес постоянно ловил малейшую вибрацию промерзшей земли. Нависшая тишина была слишком идеальной и оттого слишком гнетущей. Ближе к полуночи атмосфера снова неуловимо изменилась.
Воздух в помещении стал заметно плотнее, будто сам старый лес вокруг испуганно задержал дыхание. Затем раздался легкий металлический грохот сверху. Это был резкий, явно целенаправленный звук удара. Буран мгновенно вскочил на все четыре лапы. Сергей замер лишь на долю секунды, а затем стремительной тенью метнулся к железной лестнице. Он предусмотрительно погасил свет, оставив бункер погруженным в густой полумрак.
В слабом свете ручного фонарика он ясно увидел, как массивная металлическая крышка люка слегка дрожит под напором. Кто-то наверху с удвоенной силой ломился внутрь укрытия. И, судя по звукам, незваных гостей было несколько. Он плотно прижал ухо к холодной металлической плите и прислушался. «Действуй быстрее, снимай крепежный болт», — торопил кого-то хриплый голос. «Дровян сказал, что сегодня у нас последний шанс это сделать».
«Только осторожно, тот бешеный пес может быть где-то наверху», — предупредил второй голос. Голоса были приглушенными, но звучали предельно уверенно и жестко. Это явно были люди, которые давно привыкли делать грязную работу в тени. Сергей совершенно бесшумно прошел к дальнему металлическому шкафу. Он точно знал, что там, в старых пыльных коробках инженера Соколова, до сих пор хранятся списанные военные припасы: портативные рации, различные инструменты и несколько дымовых шашек, покрытых толстым слоем многолетней пыли.
Это были старые советские цилиндрические шашки с давно потускневшей эмблемой на боку. Он осторожно взял одну из них в руку. Металл корпуса неприятно холодил напряженную ладонь. «Ладно, старина», — едва слышно прошептал он верному Бурану. «Сейчас здесь будет очень громко». В этот самый момент сверху раздался невероятно мощный и глухой удар стальным ломом.
Массивный люк резко рванулся вверх. Замковая петля жалобно скрипнула под чудовищным давлением. Еще совсем немного усилий, и тяжелая железная дверь будет полностью открыта. Сергей без колебаний выдернул предохранительную чеку. Шашка угрожающе зашипела, выпуская первые струйки едкого дыма. Он ловко бросил ее прямо под основание лестницы и быстро отступил в спасительную тень.
Повисла секунда звенящей тишины, и просторный бункер стремительно наполнился густым белым дымом, раскинувшимся быстрым непроницаемым облаком, как туманное дыхание гор. Взломанный люк с грохотом распахнулся настежь. Яркие световые лучи мощных тактических фонарей прорезали клубящийся дым, но тут же беспомощно терялись в его гуще. Первый из нападавших неосторожно спустил ногу вниз, во мрак, но так и не успел сделать следующего шага. Буран бесшумно прыгнул прямо из тумана, словно мстительная тень.
Звук падения тела был очень тяжелым и глухим. Нападавший с криком рухнул прямо на скользкие металлические ступени. Пес крепко вцепился в плотную ткань его куртки, не давая пошевелиться. Мужчина в панике закричал, выронив в темноту свой фонарь. «Проклятье! Этот чертов пес здесь!» — истошно завопил кто-то оставшийся наверху. «Снимай с него псину! Помогай быстрее!» — скомандовал другой.
Но Буран держал свою добычу мертвой хваткой сильного хищника, яростно защищающего свою законную стаю. Сергей решительно поднял винтовку Мосина, направил ствол вертикально вверх, но не стал прицельно стрелять в живых людей. Он поднял ствол чуть выше края открытого люка и уверенно нажал на тугой спуск. Оглушительный грохот оружейного выстрела разорвал замкнутое пространство бункера. Мощное эхо многократно прокатилось по бетонным стенам, как настоящий раскат весеннего грома…
