Тамара Ивановна указала на старый аппарат на тумбочке.
— Конечно, дочка. Пользуйся всем, что нужно.
Со своего мобильного Марина нашла в интернете номер юридической конторы «Петров и партнеры». И набрала его с телефона Тамары Ивановны.
— Юридическая контора «Петров и партнеры». Добрый день, — ответила секретарша.
— Мне нужно поговорить с Игорем Владимировичем Петровым. Это срочно. Скажите, что звонит Марина, жена Андрея и невестка Антонины Петровны.
Короткая пауза.
— Одну минуту, пожалуйста.
Сердце Марины бешено колотилось. Наконец она услышала знакомый голос:
— Марина Сергеевна? — адвокат звучал удивленно. — Как вы нашли мой номер? Вы в порядке?
— Я в Светлом, — ответила Марина твердым голосом. — В доме Антонины Петровны.
Он выдохнул от изумления.
— В деревенском доме? Андрей Николаевич сказал мне, что вы очень больны и что он в командировке.
— Андрей врет, — перебила она. — Врет обо всем, Игорь Владимирович. Я вошла в дом. Я нашла доказательства того, что Антонина Петровна не просто умерла от болезни. Мой муж запер ее, лишил лекарств и оставил умирать, пока жил здесь с любовницей и ребенком. Все это записано ею самой.
На том конце линии повисло тяжелое молчание. Марина почти могла представить, как адвокат подносит руку ко лбу.
— Я подозревал, — наконец произнес он. — Не настолько. Не такое ужасное. Но что-то не сходилось.
— Что вы подозревали? — спросила Марина.
— За два месяца до смерти Антонина Петровна тайно мне позвонила. Она была очень напугана. Сказала, что Андрей давит на нее, чтобы она подписала доверенность на все ее имущество. Она хотела изменить завещание. Не хотела, чтобы он что-то получил. Хотела, чтобы все наследство перешло к вам, ее невестке. Единственному человеку, которому она доверяла. Хотя почти вас не видела. Она попросила меня помочь юридически изменить завещание.
Марина сжала трубку. Тетрадь не лгала.
— Я готовил документы, когда вдруг Андрей Николаевич пришел в мой офис и сказал, что его мать очень больна. Что она не может принимать посетителей и ничего больше подписывать. Через месяц он позвонил и сообщил, что она умерла. Принес подписанную доверенность и старое завещание. Я знал, что что-то не так. Но без доказательств.
— Теперь они у нас есть, — сказала Марина. — Тетрадь все объясняет. Там про угрозы моим именем, про подпись под давлением. У меня также есть доказательства другой семьи, как он использовал дом, как изолировал мать.
Голос адвоката изменился. Стал холодным, решительным:
— Слушайте меня внимательно, Марина Сергеевна. Пока не звоните в полицию. Андрей Николаевич хитер. Если он заподозрит, что мы его раскрыли, может сбежать или уничтожить улики. Я сейчас же выезжаю к вам с командой и с постановлением. Которое мы сможем срочно получить. Дорога займет часа четыре-пять. Оставайтесь в доме Тамары Ивановны. Не возвращайтесь одна в дом Антонины Петровны. И главное, не разговаривайте с Андреем.
— Есть еще кое-что, — добавила Марина. — Андрей не в командировке, как говорит. Он не в другом регионе.
Она посмотрела на Тамару Ивановну и кивнула, поняв ее взгляд. Тамара Ивановна взяла трубку.
— Игорь Владимирович, я Тамара Ивановна, соседка Антонины Петровны. Андрей никуда не уехал. У него другой дом в соседней деревне, в Новом. Большой новый дом для той женщины, с которой он живет. Каждый раз, когда он говорит Марине, что в командировке, он там. А когда говорит той женщине, что едет в город, едет к Марине. Змей о двух головах, — подытожила она грубо.
Молчание на том конце было еще дольше. Адвокат складывал головоломку.
— В каком-то смысле это даже лучше, — сказал он наконец. — Мы можем взять его с поличным. Марина Сергеевна, Тамара Ивановна, заприте дверь и ждите. Не выходите. Когда приеду, поедем вместе в Новое и вытащим его из норы.
— Будем ждать, — ответила Марина.
Она повесила трубку и опустилась на диван с тетрадью на коленях. Тамара Ивановна смотрела на нее со смесью ужаса и восхищения.
— Ты сильная женщина, дочка, — прошептала она..
