Надежда Викторовна оттягивала момент истины до тех пор, пока на руках не оказались официальные результаты генетической экспертизы. Как только Алексей Дмитриевич позвонил ей и с тяжелым вздохом подтвердил их худшие опасения, женщина поняла, что время пришло. Результаты ДНК неопровержимо доказывали кровное родство новоиспеченных супругов, навсегда закрывая им путь к совместному будущему.
Мать долго ломала голову над тем, как деликатно преподнести дочери эту отвратительную правду из прошлого. Ей было жизненно необходимо сохранить остатки доверия и избежать жесткого осуждения за свои измены. Не меньше ее пугала и реакция Сергея Васильевича, который десятилетиями растил и любил абсолютно чужого ему ребенка.
Терзания от неизвестности стали настолько невыносимыми, что женщина наконец-то решилась на исповедь перед своими близкими. Услышав признание матери, Лена впала в состояние шока и обрушила на нее шквал гневных упреков. Девушка кричала о двойных стандартах, обвиняя родительницу в том, что та всю жизнь проповедовала верность, цинично обманывая собственного мужа.
В голове студентки не укладывалось, как ее мать, всегда служившая эталоном благочестия, могла опуститься до такой банальной и грязной интрижки. Разочарование Лены оказалось настолько колоссальным, что она наотрез отказалась поддерживать с матерью любые контакты. Ей требовалось пространство и время, чтобы залечить душевные раны, и она совершенно не была уверена в своем желании когда-либо простить предательство.
А вот реакция Сергея Васильевича оказалась на удивление хладнокровной и лишенной какой-либо театральной драмы. В отличие от своей приемной дочери, воспитанной в жестких рамках, мужчина обладал куда более философским взглядом на человеческие слабости. Известие о том, что у него нет и никогда не будет биологических потомков, не вызвало у него ни истерики, ни глубокой депрессии.
Наука всегда заменяла ему все земные страсти, поэтому новость об измене жены практически не пошатнула его устоявшийся мир. Выслушав покаянную речь супруги, он лишь спокойно отмахнулся, призвав ее не делать из мухи слона. Ученый уверенно заявил, что время расставит все по своим местам, юношеский максимализм Лены угаснет, и семейные связи обязательно восстановятся.
Тем временем сама девушка пребывала в глубочайшей апатии, потеряв всякий интерес к окружающему миру. Студентка буквально силой заставляла себя посещать лекции, хотя изначально планировала забрать документы, лишь бы больше не пересекаться с Вадимом. Их общие друзья и однокурсники сгорали от любопытства, пытаясь понять причину столь внезапного краха идеальной пары.
Устав уклоняться от бестактных вопросов, молодые люди решили сыграть на опережение и пресечь распространение грязных слухов. Собрав студенческий актив, они публично признались в своем близком кровном родстве, повергнув аудиторию в абсолютный шок. Дождавшись, пока стихнут охи и ахи, Вадим твердым голосом попросил товарищей проявить уважение и прекратить любые пересуды за их спинами…
