— Продолжайте уже, святой отец, пока еще кто-нибудь не прервал!
Изабелла стояла с открытым ртом. Ее ядерная бомба превратилась в праздничный фейерверк для врага. Юлиан повернулся к Артуру.
— Артур, проводи Изабеллу Викторовну. И передай прессе ту папку, о которой мы говорили.
Артур мрачно кивнул. Он подошел к Изабелле, доставая толстый конверт — доказательства скандала с отравлением трехлетней давности. Изабелла увидела конверт, поняла, что внутри, и побелела. Ее не нужно было выпроваживать. Она развернулась и побежала по проходу. Стук ее каблуков теперь звучал как поражение. За ней устремилась половина журналистов, жаждущих сенсации о ее крахе.
Юлиан повернулся к Елене. Его глаза сияли.
— На чем мы остановились?
Елена улыбнулась, и слезы наконец покатились по ее щекам.
— Кажется, мы собирались пожениться.
Священник откашлялся, выглядя немного растерянным, но испытывая облегчение.
— Кхм, да. Берешь ли ты, Юлиан Чернов, эту женщину?..
Остаток церемонии прошел как в тумане от счастья. Когда они шли обратно по проходу как муж и жена, овации были оглушительными и искренними. Елена поймала взгляд Льва. Он показал ей большой палец, открыто плача от радости.
Они достигли тяжелых дубовых дверей собора. Прежде чем выйти под вспышки камер, Юлиан затянул ее в нишу для секунды уединения.
— Мы сделали это, — выдохнул он ей в лоб.
— Да, — сказала Елена. Она чувствовала себя легче воздуха. — Итак, господин Чернов, каков наш первый официальный акт как настоящей супружеской пары?
Юлиан ухмыльнулся той самой дерзкой, очаровательной улыбкой, с которой всё началось в «Обсидиановом зале».
— Ну, госпожа Чернова, — сказал он, открывая двери навстречу ревущему городу. — Думаю, я должен тебе очень долгий медовый месяц. А после этого я куплю тебе оперный театр.
И вот как пролитый бокал вина привел к свадьбе века. Елена получила не только миллиардера — она вернула свой голос, спасла брата и доказала, что иногда самые большие риски приносят самые прекрасные награды. Репутация Изабеллы Таран так и не восстановилась, но Елена Чернова стала легендой. Не только благодаря своему голосу, но и благодаря сердцу, которое его питало.
