Шрам на ее лице был идентичен шраму дочери, которую он считал потерянной навсегда. В то утро на Днепр спустился густой туман, окутав автосвалку жуткой непроницаемой пеленой. Десятилетняя Лилия Морозова плотнее закуталась в поношенную куртку; ее дыхание было видно в холодном воздухе, пока она пробиралась через лабиринт выброшенных автомобилей.
Поиск чего-либо ценного стал рутиной. Медная проводка, алюминий или даже целые запчасти, которые мистер Яковлев мог бы купить за несколько сотен — этого было достаточно, чтобы помочь бабушке Марфе с продуктами на этой неделе. Зоркие глаза Лилии методично сканировали свалку.
У нее развилось шестое чувство на поиск сокровищ, которые другие упускали из виду. Это была необходимость, поскольку они с бабушкой Марфой едва сводили концы с концами. Ее взгляд остановился на дорогом черном седане, частично скрытом за стопкой сплющенных машин. Он казался неуместным среди ржавых груд металла.
— Может быть, внутри есть что-то хорошее? — прошептала она себе, осторожно приближаясь.
Гладкие линии автомобиля предполагали роскошь, хотя теперь он был покрыт тонким слоем пыли. Когда она обошла машину к багажнику, приглушенный звук заставил ее замереть. Она застыла, внимательно прислушиваясь.
Вот он снова — слабый стук, доносящийся изнутри багажника. Сердце забилось в груди. Лилия прижалась ухом к металлической поверхности.
Звук был безошибочным. Кто-то был внутри, и его движения становились слабее с каждой минутой.
— Эй! — позвала она дрожащим голосом.
— Там кто-нибудь есть? — ответил ей слабый стон.
В панике Лилия огляделась в поисках чего-нибудь, чем можно было бы взломать багажник. Она заметила ржавый лом неподалеку и с решимостью, несвойственной ее возрасту, вставила его в щель крышки. Потребовались все ее силы, но в конце концов замок поддался с металлическим хлопком. Внутри, связанный скотчем и веревкой, лежал мужчина в дорогом костюме, его лицо было изможденным и бледным. Его глаза расширились от недоверия при виде маленькой девочки, стоящей над ним.
— Помоги… — сумел прошептать он сквозь потрескавшиеся губы; его голос осип от обезвоживания.
Без колебаний Лилия начала развязывать путы, ее маленькие пальцы боролись с узлами.
— Что с вами случилось? — спросила она, не в силах скрыть страх.
— Похитили, — прохрипел мужчина, его глаза нервно метались в сторону окружающего тумана. — Деловой партнер… Пожалуйста, поторопись.
Когда Лилия освободила его руки, мужчина попытался сесть. Его силы явно быстро угасали.
— Как тебя зовут? — слабо спросил он.
— Лилия, — ответила она, помогая ему снять последний кусок скотча с лодыжек.
Взгляд мужчины впервые сфокусировался на ее лице, и он замер, уставившись на нее с интенсивностью, от которой Лилии стало не по себе. Его глаза зафиксировались на маленьком шраме в форме полумесяца чуть ниже правого виска.
— Что не так? — спросила Лилия, внезапно смутившись.
Он слегка покачал головой, как будто отгоняя невозможную мысль.
— Ничего. Я Эдуард. Эдуард Харитонов.
Лилия смутно узнала это имя. Она видела его на рекламных щитах по всему Днепру — что-то связанное с компьютерами или программным обеспечением. Прежде чем она успела ответить, звук приближающихся голосов заставил их обоих напрячься.
— Тебе нужно уходить, — настойчиво прошептал Эдуард. — Это небезопасно. Уходи сейчас.
Лилия колебалась, не желая оставлять раненого.
— Пожалуйста, — взмолился он, — я буду в порядке. Ты и так очень помогла. Уходи.
С последним обеспокоенным взглядом Лилия исчезла в тумане как раз в тот момент, когда пара дальнобойщиков свернула за угол, привлеченная шумом открывшегося багажника. Эдуард рухнул обратно, облегчение нахлынуло на него, когда мужчины бросились ему на помощь.
— Господи Иисусе, мужик, что с тобой случилось? — воскликнул один из них, помогая ему выбраться.
— Вызовите полицию, — сумел сказать Эдуард, прежде чем потерять сознание.
Спустя несколько часов в стерильной яркости больницы Эдуард проснулся под ровный писк мониторов. Над ним склонилось обеспокоенное лицо следователя Михаила Брынцева.
— Господин Харитонов, рад видеть, что вы очнулись, — сказал следователь, пододвигая стул ближе к кровати. — Можете рассказать мне, что случилось?
Разум Эдуарда был в тумане. Последние несколько дней слились в размытое пятно фрагментированных воспоминаний.
— Меня забрали из гаража «Харитонов-Тех». Я помню склад, голоса, обсуждающие деньги… Говорили, что я больше не буду проблемой. — Он изо всех сил пытался собрать мысли воедино. — Они хотели, чтобы я передал контроль над компанией. Когда я отказался…
Он замолчал. Воспоминания о том, что последовало, все еще были слишком свежими: угрозы, лишения, бесконечные часы в темноте в ожидании спасения, которое так и не пришло.
— Есть идеи, кто за этим стоял?
