Ее строгий голос прозвучал слишком уж серьезно и напряженно для стандартной, рядовой ситуации с обычным заблудившимся бродячим животным. Однако в тот момент, находясь в состоянии легкого шока от утренней находки, я не придал этому особого значения, решив просто дождаться обещанной помощи.
Ровно сорок минут спустя, когда я мерил шагами гостиную, к моему дому действительно подъехал скромный служебный автомобиль, из которого вышел обещанный специалист. Это был высокий молодой человек по имени Кирилл, одетый в практичную униформу, с большой рабочей сумкой через плечо и открытым служебным ноутбуком в крепких руках.
Я поздоровался с ним, коротко обрисовал ситуацию еще раз и молча провел его по узкому коридору к нужной закрытой комнате на втором этаже. Он предельно аккуратно заглянул внутрь спальни, прищурился в полумраке, и скучающее выражение его лица моментально, словно по щелчку невидимого переключателя, изменилось.
В его внимательных глазах не было ни капли страха, ни особого бурного удивления, а читалась лишь абсолютно спокойная, холодная профессиональная сосредоточенность. Он заговорил со мной тем же самым ровным, подчеркнуто серьезным тоном, который я уже слышал в напряженном голосе телефонного диспетчера несколькими минутами ранее.
Кирилл предельно тихо, чтобы не потревожить животных, закрыл деревянную дверь спальни, медленно повернулся ко мне и произнес всего одну очень короткую, но вескую фразу. Он посмотрел мне прямо в глаза и сказал: «Пожалуйста, подождите прямо здесь, никуда не уходите и ничего не трогайте».
Затем этот загадочный специалист поспешно достал из кармана свой мобильный телефон, отошел к дальнему окну в конце коридора и начал кому-то очень напряженно звонить. Я стоял прислонившись к стене и совершенно не понимал, что вообще происходит в моем доме и почему такая банальная ситуация вдруг принимает такой необъяснимо странный оборот.
В конце концов, я пытался мысленно успокоить себя тем фактом, что это ведь я сам проявил бдительность и добровольно позвонил в городскую службу спасения. Я оправдывался перед самим собой, что я ничего не трогал своими руками, никого не пугал и даже не поднимал то злополучное старое одеяло полностью.
Ну, или, если быть абсолютно честным, я почти не поднимал его, но совершенно точно был уверен, что никакого физического или морального вреда этим крошечным созданиям я не причинил. Примерно пятнадцать долгих минут спустя тишину нашей улицы нарушил звук мотора, и перед моим домом внезапно остановилась патрульная полицейская машина с проблесковыми маячками.
В этот самый момент я вдруг отчетливо почувствовал себя тем самым неудачливым человеком, который из добрых побуждений сообщил властям о пожаре, а теперь чудесным образом оказался главным подозреваемым в преднамеренном поджоге. К нам в дом тяжелым шагом поднялся дежурный офицер полиции, сухо поздоровался со мной, а затем они с Кириллом начали очень долго и тихо переговариваться возле закрытой двери спальни Анны.
После этого томительного совещания профильный специалист наконец-то развернулся ко мне, тяжело вздохнул и принялся максимально подробно и доступно объяснять мне суть происходящего. Оказалось, что найденный мной зверек — это вовсе не мутировавшая кошка, а то, что я по незнанию принял за странного котенка с лишними кожными складками, было редчайшей летягой.
Кирилл объяснил, что это абсолютно уникальный, строго охраняемый законом вид мелких млекопитающих, который официально занесен в Красную книгу Украины из-за угрозы полного исчезновения. Он добавил, что большинство обычных людей никогда в своей жизни не видели этих скрытных ночных созданий вживую, не говоря уже о том, чтобы обнаружить их гнездо в собственном шкафу.
Специалист подчеркнул, что этих редких животных категорически, под угрозой огромных штрафов, запрещено трогать руками или пытаться ловить. Их ни в коем случае нельзя насильно перемещать с места на место, и государством строго-настрого запрещено разрушать их гнезда или беспокоить кормящих самок.
Полиция приехала ко мне сегодня утром вовсе не потому, что я совершил какое-то ужасное уголовное правонарушение или причинил вред природе. Они прибыли исключительно потому, что по действующему законодательству подобный редкий случай требует обязательной официальной фиксации и установления специального экологического надзора со стороны государства.
С этого момента комната моей жены, в которой так неожиданно обосновалась эта пушистая семья летяг, была официально, согласно протоколу, объявлена временно недоступной для законного владельца дома. Мне было предписано не заходить туда до тех самых пор, пока дикие животные не вырастят потомство и сами, по собственной воле, не покинут мое жилище.
Молодой биолог Кирилл посмотрел на меня с выражением, которое было очень близким к искреннему, глубокому человеческому сочувствию, пока приглашенный офицер что-то невероятно быстро печатал в своем служебном ноутбуке. Я же просто неподвижно стоял посреди своего собственного, давно знакомого коридора, отчаянно пытаясь осмыслить и переварить ту абсурдную информацию, которую только что услышал от этих серьезных людей.
Эмоции взяли верх над моим разумом, я не выдержал напряжения и вслух, с ноткой сарказма спросил, неужели теперь я официально стал просто бесправным гостем в своем собственном, законно приобретенном доме. Кирилл в ответ на это лишь вежливо приоткрыл рот, собираясь сказать какие-то утешительные слова, но так ничего и не ответил на мою эмоциональную реплику, предпочтя тактично промолчать.
Полицейский наконец-то закончил оформлять все необходимые бюрократические бумаги, распечатал копии, сухо попрощался со мной и ушел по своим дальнейшим служебным делам. Первые несколько дней после этого визита я старательно, демонстративно и очень открыто игнорировал наглухо закрытую дверь спальни на втором этаже…
