Я стоял в дверном проеме и смотрел на это пушистое чудо невероятно, невообразимо долго, боясь даже громко пошевелиться. Я панически боялся своим неосторожным движением или резким вдохом спугнуть этот волшебный, такой долгожданный момент возвращения.
Я даже сейчас точно не знаю и не могу сказать, сколько именно времени прошло по часам в ту ночь, прежде чем я наконец-то смог нормально, полной грудью выдохнуть воздух из легких. Затем я очень тихо, с огромным, непередаваемым словами облегчением и радостью произнес вслух в темноту комнаты: «Она все-таки вернулась».
Я максимально осторожно, стараясь не издать ни единого звука, прикрыл за собой деревянную дверь спальни. С невероятно легким, поющим от радости сердцем я бодрым шагом отправился вниз по лестнице на свою уютную кухню.
Спустившись на первый этаж, я сразу же включил мощный электрический обогреватель в розетку, чтобы во всем большом доме стало немного теплее и комфортнее для моих новых жильцов. Снаружи, за окнами, по холодному стеклу тихо и монотонно забарабанил мелкий, осенний ночной дождь.
В спящем городе начали понемногу просыпаться и очень робко, но красиво петь свои утренние песни самые ранние, невидимые в темноте птицы. Слушая эти трели, я вдруг с удивлением осознал, что уже очень, непозволительно давно перестал замечать простые радости жизни.
Я забыл, насколько потрясающе красиво и жизнеутверждающе эти крошечные создания поют по утрам, встречая новый день. Мой старый масляный обогреватель быстро наполнил кухню очень приятным, обволакивающим сухим теплом, я заварил себе новую кружку свежего, ароматного чая и с улыбкой сел у окна.
У меня появились новые, невероятно важные и радостные дела на это наступающее туманное утро. Мне нужно было обязательно, первым же делом позвонить нашему биологу Кириллу, чтобы сообщить ему эту потрясающую новость.
Мне также предстояло срочно проверить, достаточно ли широко открыто то самое пластиковое окно в комнате на втором этаже для свободного прохода мамы-летяги. И, самое главное, мне нужно было ни в коем случае не забыть положить целую горсть свежих, самых лучших лесных орехов на тот самый заветный подоконник.
