На ней был простой домашний фартук, а волосы убраны в аккуратный пучок. Они оба долгие годы помогали Льву по хозяйству, став для одинокого старика кем-то вроде настоящей семьи. Увидев Игоря одного, Дмитрий нахмурился, и его густой бас нарушил утреннюю тишину.
«Где Лев? Мы собирались проверить генератор перед холодами, а его комната пуста, коробки стоят. Что происходит?» Игорь неторопливо снял пальто, повесил его на крючок и с тщательно отрепетированным вздохом повернулся к механику.
Лицо молодого человека выражало лишь спокойную светлую печаль заботливого родственника. «Медицинский транспорт приехал еще до рассвета, Дмитрий», — мягко ответил Игорь. «Мы организовали перевод в отличный частный пансионат в городе, там за ним будет должный уход и врачи круглые сутки».
«Для него так будет лучше, здесь ему оставаться слишком тяжело». Катерина, вышедшая из гостиной с подносом, согласно кивнула, передавая мужу чашку горячего чая. Ее лицо оставалось непроницаемой фарфоровой маской, идеальной картинкой спокойствия.
Дмитрий растерянно переступил с ноги на ногу, не находя подходящих слов. Звучало логично, но что-то не давало ему покоя. Елена, обладавшая тонкой интуицией, почувствовала странную, звенящую пустоту в словах этой пары.
Лев никогда бы не уехал, не попрощавшись с ними лично. Он любил этот лес, каждый листок, каждую тропинку больше самой жизни. Взгляд Елены невольно опустился вниз.
На дорогих кожаных ботинках Игоря она заметила влажные следы специфической красной глины и кусочки высокогорного мха. Женщина знала горы как свои пять пальцев. Такой грунт лежал только на самой вершине скал, у каменного уступа, а вовсе не на гравийной подъездной дорожке, где должна была останавливаться медицинская машина.
Елена ничего не сказала, ни один мускул не дрогнул на ее лице, но тревога острым осколком засела в ее сердце. Она обменялась с мужем быстрым, многозначительным взглядом. В этом взгляде читалось одно: они должны выяснить правду.
А в это время на вершине каменного уступа царило первозданное безмолвие. Ветер на мгновение стих, словно природа затаила дыхание, ожидая чего-то важного. Из густых зарослей влажного папоротника на край обрыва бесшумно вышла крупная серая тень.
Волков, огромный лесной волк с белым шрамом на морде, подошел к самому краю пропасти. Его чуткий нос уловил знакомый родной запах. Янтарные глаза зверя, светящиеся невероятным интеллектом, напряженно вглядывались в молочную бездну тумана.
Волков увидел своего спасителя. Лев держался из последних сил, слившись с корнями дерева. Его дыхание превратилось в легкое облачко пара на морозе.
Волк начал нервно ходить по краю скалы, оставляя глубокие следы в утреннем инее. Он скулил, низко и прерывисто пытаясь найти безопасный спуск. Зверь скреб мощными когтями скользкие камни, заглядывал за уступы, но гранитная стена была слишком отвесной.
Дикий хищник понимал: одно неверное движение, и он просто сорвется вниз, не принеся никакой пользы своему человеку. Осознание собственного бессилия перед лицом каменной бездны изменило поведение волка. Волков остановился и сел на холодный камень у самого края, прямо на то место, где недавно стоял Игорь…
