— Если кратко, я ухожу от Тимура.
Повисла пауза.
— Ты шутишь? — наконец произнесла Марианна. — Вы же собирались отмечать твое повышение?
— Собирались, — горько усмехнулась Эвелина. — А потом приехала его мать с пятью чемоданами и объявила, что будет жить с нами.
— Что?!
Эвелина коротко пересказала события последних двух дней. Марианна слушала, периодически ахая и чертыхаясь.
— Кошмар! — резюмировала она. — И что теперь?
— Сейчас заканчиваю собирать вещи. Завтра утром отвезу Тимуру в больницу самое необходимое, вернусь, загружу все в такси и перееду в съемную квартиру.
— Погоди, ты сняла квартиру? Так быстро?
— Да. Однушку недалеко от работы.
— А как же ваша квартира? Ипотека?
— Будем делить через суд. Я уже консультировалась с юристом.
Марианна помолчала.
— Слушай, а ты уверена, что не торопишься? Может, стоит подождать, пока все успокоится? Пять лет брака — это не шутка!
Эвелина посмотрела на чемоданы, на пустые полки шкафа, на сумки свекрови у лестницы.
— Знаешь, я никогда не была так уверена, как сейчас. Тимур выбрал свою мать. Не просто поддержал, он солгал врачам, обвинил меня в том, чего не было. Человек, которому я доверяла больше всех на свете…
— Мне очень жаль, — голос Марианны смягчился. — Может, тебе не стоит быть одной сегодня? Приезжай ко мне.
— Спасибо, но мне нужно закончить здесь. И завтра рано вставать, везти вещи в больницу.
— Хорошо. Но если что, звони в любое время. И не вздумай геройствовать.
Эвелина улыбнулась, впервые за день искренне.
— Обещаю.
После разговора она еще раз проверила собранные вещи и отправилась в ванную. Здесь тоже нужно было забрать косметику, средства гигиены, полотенца. Она методично складывала все в отдельную сумку, когда заметила на полке тюбик с кремом для бритья Тимура. Эвелина взяла его в руки. Интересно, свекровь предусмотрела такие мелочи в своем обширном списке? Скорее всего, нет. Ей и в голову не пришло бы, что ее сыночку нужно бриться.
Она положила крем для бритья, зубную щетку, пасту и дезодорант Тимура в отдельный пакет. Затем добавила чистое белье, футболку, домашние штаны и тапочки. Для человека, который обвинил ее в насилии, этого было более чем достаточно. Выйдя из ванной, Эвелина заметила в углу гостиной нераспакованную бутылку шампанского. То самое, которое они собирались открыть после ресторана. Moët & Chandon, ее любимое. Она взяла бутылку и положила в свою сумку. Возможно, когда-нибудь у нее появится настоящий повод отпраздновать.
Часы показывали 02:30 ночи. Эвелина устала, но не могла заставить себя лечь в их с Тимуром постель. Вместо этого она устроилась на диване в гостиной, завернувшись в плед. Сон не шел. В голове крутились мысли о будущем, о предстоящем разводе, о работе. Как странно: еще два дня назад она считала повышение главным событием года. Теперь это казалось мелочью по сравнению с крахом личной жизни. Хотя, возможно, именно работа спасет ее сейчас. Новые обязанности, проекты, задачи — все это не оставит времени на самокопание и жалость к себе.
За окном начало светать. Эвелина так и не сомкнула глаз. Она поднялась, приняла душ, сделала макияж — тщательнее обычного, словно создавая защитную маску для предстоящего визита в больницу. Собрав вещи для Тимура и минимум из запрошенного свекровью — халат, тапочки и шампунь — она вызвала такси. Пора было двигаться дальше.
В больничном коридоре пахло хлоркой и безнадежностью. Эвелина шла по направлению к палате Тимура и Клавдии Геннадьевны, ощущая, как с каждым шагом нарастает внутреннее напряжение. Что она скажет? Как поведет себя? Стоит ли вообще заходить или просто передать вещи через медсестру? Возле нужной палаты она остановилась, сделала глубокий вдох и постучала.
— Войдите, — раздался голос Тимура.
Эвелина открыла дверь. Тимур сидел на кровати, его нос все еще был забинтован, а рука покоилась на перевязи. Клавдия Геннадьевна полулежала на соседней койке, демонстративно отвернувшись к стене.
— Я принесла вещи, — Эвелина поставила пакеты на тумбочку. — Здесь все необходимое.
— Спасибо, — сухо ответил Тимур, избегая ее взгляда.
Клавдия Геннадьевна медленно повернулась.
— Где моя золотая баночка с кремом? Я же просила.
Обсуждение закрыто.