Ты сама виновата. Всегда задирала нос.
Всегда попрекала своими деньгами. — Я ни разу не попрекнула тебя, — тихо сказала Марина. — Ни разу.
Я просто платила за все сама. — Вот именно! — Артем ткнул пальцем в ее сторону. — Ты платила, а я что?
Я мужчина, а чувствовал себя приживалом. — Тогда почему ты не съехал? — Марина посмотрела ему в глаза. — Почему не снял квартиру на свои деньги, не стал жить отдельно, если тебе было так некомфортно?
Артем открыл рот и закрыл его снова. — То-то же, — кивнула Марина. — Потому что жить на всем готовом удобно.
Жить в квартире с евроремонтом, не платить ипотеку, не думать о счетах — это приятно. А вот когда я осталась без работы, ты сразу почувствовал себя хозяином. Наконец-то главным.
И знаешь что? Мне это многое объяснило. Артем застыл с приоткрытым ртом, глядя на Марину так, словно видел ее впервые.
Людмила Петровна побледнела, но быстро пришла в себя. — Маринка, доченька, — заговорила свекровь медовым голосом, делая шаг вперед. — Ты же понимаешь, мы просто волновались за тебя.
Это все от переживаний, от стресса. Мы же семья. Марина невольно усмехнулась.
Удивительно, как быстро меняется тон, когда человек понимает, что его разоблачили. — Семья, — повторила она, качая головой. — Семья, которая планировала сделать меня домохозяйкой и привязать ребенком.
Семья, которая хотела купить квартиру на имя Артема на мои деньги. Да, очень трогательно. Артем наконец обрел дар речи.
Его лицо из бледного стало красным. — Ты… Ты подслушивала? Записывала нас?
В его голосе звучало возмущение, словно это Марина была виновата в происходящем. — Я защищала свои интересы, — спокойно ответила Марина. — И, как оказалось, не зря.
У вас есть месяц, чтобы найти жилье и съехать. Я уже связалась с юристом. Квартира куплена мной до брака, полностью на мои деньги.
Ипотека за эти семь лет тоже выплачивалась мной. У меня есть все платежные документы. — Ты сошла с ума, — взорвался Артем.
— Я твой муж. Мы семь лет вместе. Ты не можешь просто выгнать меня на улицу.
— Могу. Марина достала из сумки папку с документами. — Вот копии всех платежей по ипотеке.
Видишь подпись? Моя. Вот чеки на мебель, на ремонт, на бытовую технику.
Все оплачено моей картой. Твоя зарплата уходила на твои костюмы, твои гаджеты и содержание твоей матери. Людмила Петровна схватилась за сердце.
— Как ты можешь так говорить? Я помогала вам по хозяйству. — Вы ели мою еду, спали на моих простынях и строили планы, как превратить меня в прислугу, — отрезала Марина.
— Больше ничего обсуждать не буду. Месяц, и чтобы духу вашего здесь не было. Она развернулась и пошла к выходу.
— Стой! — крикнул Артем. — Ты… ты не можешь уйти просто так. Куда ты идешь?
— В гостиницу, — бросила Марина через плечо. — Не хочу находиться здесь ни минуты дольше. Ключи оставлю у юриста, он свяжется с вами по поводу развода.
Дверь захлопнулась за ней с глухим стуком. В машине Марина наконец позволила себе выдохнуть. Руки дрожали, когда она заводила двигатель.
Семь лет. Семь лет она жила с человеком, который видел в ней только источник дохода. Как она могла быть такой слепой?
Телефон зазвонил. Звонила мама. — Ну что, доченька? — голос матери звучал встревоженно.
— Как прошло? — Как ты и предсказывала, — Марина почувствовала, как к горлу подкатывает ком. — Мам, ты была права.
Полностью права. Если бы не твой совет… — Тише, тише, — успокоила ее мать.
— Главное, что ты теперь знаешь правду. Больно, но лучше узнать сейчас, чем через десять лет или когда родится ребенок. — Я еду к тебе, — сказала Марина.
— Можно? — Конечно, доченька. Я приготовлю твой любимый пирог.
Следующие дни пролетели в суматохе. Марина погрузилась в работу, благо новая должность требовала полной концентрации. Днем она проводила встречи, согласовывала контракты, выстраивала стратегию развития компании.
Вечерами общалась с юристом, собирала документы для развода. Артем звонил раз десять в день. Сначала возмущенно требовал прекратить этот спектакль, потом пытался давить на жалость, потом угрожал.
Марина перестала брать трубку. Все коммуникации шли через юриста. На четвертый день после разоблачения пришло сообщение с незнакомого номера.
Марина открыла его и похолодела. «Думаешь, ты такая умная? Мы еще посмотрим, кто кого.
У меня есть друзья в банке. Возьму кредит на пятьсот тысяч, и по закону ты будешь должна выплатить половину. Так что не зарывайся».
Марина сразу же переслала сообщение юристу. Тот ответил через пять минут. «Уже предупредила все крупные банки, что идет процесс развода.
Подала запрос на блокировку совместных кредитов без вашего согласия. Но на всякий случай проверю его кредитную историю ежедневно». Марина выдохнула с облегчением.
Хорошо, что она наняла опытного специалиста, а не пожалела денег. Через неделю Артем сменил тактику. Он пришел к ней на работу.
Марина как раз выходила из переговорной, когда увидела его в холле. Он выглядел помятым, небритым, совсем не похожим на того самоуверенного мужчину, который неделю назад примерял костюм за пятьдесят тысяч. — Марина, пожалуйста.
Он шагнул к ней. — Нам нужно поговорить. Охранник на ресепшене вопросительно посмотрел на нее.
Марина едва заметно покачала головой, давая понять, что все под контролем. — Здесь нечего обсуждать, Артем, — сказала она холодно. — Все вопросы через юриста.
— Марин, я понимаю, ты обижена. Он попытался взять ее за руку, но она отстранилась. — Но давай будем разумными людьми.
Семь лет — это не шутка. Мы можем все исправить. Начать с чистого листа.
— С чистого листа?
