— Марина усмехнулась. — Артем, ты слышишь, что говоришь?
Из кухни вышла Людмила Петровна, вытирая руки полотенцем. — Марина, ну что ты упираешься? — вмешалась она. — Артем же просит не для себя, для семьи.
Мужчине нужна хорошая машина, это статус, понимание. — Людмила Петровна, при всем уважении, это не ваше дело, — отрезала Марина. Свекровь побагровела.
— Как это не мое? Я мать Артема. И вообще, я тут живу уже полгода, могу высказать свое мнение.
Ты всегда была эгоисткой, Марина. Всегда думала только о себе. Артем с тобой мучается, а ты даже машину ему купить не хочешь.
— Мучается? — Марина почувствовала, как внутри закипает гнев. — Интересно, и как же он мучается? В квартире, которую я купила, питаясь едой, которую я оплачиваю, пользуясь машиной, за которую я плачу?
— Ты, — Людмила Петровна ткнула в нее пальцем. — Ты постоянно попрекаешь его деньгами. Это унизительно, Артем работает, старается.
— Старается? — Марина рассмеялась, и этот смех прозвучал жестко. — Он зарабатывает восемьдесят тысяч и тратит их на себя. — Ты просто жадная, — процедил Артем.
— Всегда была жадной. Ладно, не хочешь помочь? Не надо, я сам найду деньги.
— И где же ты их найдешь? — спросила Марина, хотя уже догадывалась об ответе. — Возьму кредит без первого взноса. Процент выше будет, но что делать?
— Артем, ты понимаешь, что платить по этому кредиту придется тебе одному? Он посмотрел на нее с усмешкой. — Мы же семья, Марина.
Или ты забыла? Семья помогает друг другу. Ты найдешь работу, поможешь мне с выплатами.
И в этот момент Марина окончательно утвердилась в своем решении. Никаких сомнений не осталось. Пятница не могла наступить быстрее.
Марина проснулась в среду с тяжелым чувством в груди. До пятницы оставалось два дня. Два дня, в течение которых она должна была продолжать играть роль безработной неудачницы.
Она встала как обычно, но теперь не спешила на работу. Вместо этого она написала директору сообщение, что берет несколько дней отпуска за свой счет, чтобы уладить личные дела. Ее начальник, зная о предстоящем повышении, сразу одобрил просьбу.
За завтраком Артем был необычайно оживлен. Он листал на планшете сайты автосалонов, время от времени показывая свекрови фотографии роскошных внедорожников. — Смотри, мам, вот этот, черный, с панорамной крышей.
Он ткнул пальцем в экран. — Красавец, правда? Людмила Петровна одобрительно кивнула.
— Солидная машина для солидного мужчины. Тебе давно пора ездить на чем-то приличном, а не на этой развалюхе. Марина молча помешивала кофе, глядя в окно.
Ее старенькая, но надежная «Киа», которую она купила на свои деньги, стояла во дворе. Артем называл ее «развалюхой», хотя сам никогда не имел собственного автомобиля. — Марин, ты же понимаешь, что машина — это инвестиция.
Артем оторвался от планшета и посмотрел на жену. — Я смогу подвозить тебя, когда ты будешь искать новую работу. Да и вообще, для семьи это важно.
«Для семьи», — мысленно повторила Марина. Все всегда было для семьи, когда речь шла о ее деньгах. Но когда она просила Артема помочь с ремонтом ванной или заплатить за половину продуктов, он вдруг вспоминал, что у мужчины есть свои расходы.
— Я еще подумаю, — тихо ответила она. — Что тут думать, — вмешалась Людмила Петровна, ставя на стол тарелку с бутербродами. — Артем прав, мужчине нужна хорошая машина.
Это статус, понимаешь? А ты на своей «Киа» и дальше поездишь. Она еще походит.
Марина сжала чашку так сильно, что побелели костяшки пальцев. Она представила, как через два дня скажет им правду. Как увидит их лица, когда они поймут, что все их планы рухнули.
После завтрака Артем ушел на работу, а Людмила Петровна устроилась на диване с журналом. Марина надела куртку. — Ты куда? — свекровь подозрительно посмотрела на нее.
— В банк, нужно забрать документы по вкладу, — соврала Марина. На самом деле она направлялась на встречу с еще одним юристом. Ей было важно получить несколько консультаций, чтобы обезопасить свое будущее.
Юрист внимательно изучил бумаги. — У вас очень сильная позиция. Квартира ваша, имущество приобретено на ваши средства.
— Есть ли у мужа долги, кредиты? — Не знаю, — призналась Марина. — Он мог взять кредиты на свое имя, как это проверить?
— Мы можем запросить информацию через суд. Если есть долги, оформленные в браке, то по закону они считаются общими. Но если вы докажете, что деньги были потрачены на личные нужды мужа без вашего согласия, долг останется за ним.
Марина почувствовала, как внутри что-то сжалось. Артем вполне мог набрать кредитов, о которых она не знала. — А если он действительно возьмет кредит на машину в ближайшие дни, тогда важно зафиксировать, что вы не давали согласия на этот кредит.
— Желательно подать на развод как можно скорее. После подачи заявления все сделки, совершенные одним из супругов, будут тщательно проверяться судом. Елена Викторовна составила план действий.
Подать заявление о разводе в пятницу. Одновременно подать иск о выселении Артема и его матери из квартиры. Запросить информацию о кредитах и долгах.
— Готовьтесь к тому, что процесс может быть неприятным, — предупредила юрист. — Когда люди понимают, что теряют источник дохода и крышу над головой, они могут вести себя агрессивно. Марина кивнула, она была готова.
Вернувшись домой ближе к обеду, она застала свекровь за разговором по телефону. — Да, Галя, представляешь, ее уволили! Людмила Петровна оживленно болтала с кем-то из подруг.
— Теперь будет дома сидеть. Наконец-то займется хозяйством, как положено. А то все карьера, карьера.
Вот и докарьерилась. Да нет, Артем не переживает. Он вообще молодец, сразу сказал, что обеспечит семью.
Марина прошла мимо, не подавая виду, что слышала разговор. Ночью Марина долго не могла заснуть. Она лежала рядом с Артемом, который безмятежно храпел, и думала о том, как слепа она была все эти годы.
Утром в четверг Марина проснулась от громких голосов на кухне. Артем и Людмила Петровна о чем-то оживленно беседовали. День тянулся мучительно долго.
Марина специально осталась дома, изображая поиски работы через интернет. На самом деле она окончательно согласовывала детали с юристом и готовилась к завтрашнему дню. Артем вернулся с работы в приподнятом настроении, с большим пакетом из дорогого магазина.
— Что это?
