— Ну да, Регина у нас старательная девочка! — Нина Семеновна пренебрежительно махнула рукой. — Свободна, милая, мы тут обсудим серьезные вопросы!
В этот момент у Мухиной запел телефон, и она, извинившись, отошла к окну, полностью уйдя в обсуждение каких-то графиков и контрактов. Свекровь в это время увлеченно потянулась за эклером, забыв обо всем на свете.
Регина действовала на одних инстинктах. Левая рука поправила подставку для пирожных, а правая молнией скользнула в карман фартука, нащупала тяжесть и одним неуловимым движением переправила конверт в распахнутое нутро сумки Мухиной. Миллионы бесшумно легли на дно, сумка лишь слегка качнулась, поглотив добычу, и Регина, не меняясь в лице, подхватила пустой поднос.
— Благодарю за службу, Регина, — бросила свекровь, даже не удостоив ее взглядом.
— Всегда пожалуйста, Нина Семеновна! Если что-то еще потребуется, я буду на своем посту на кухне.
Едва переступив порог столовой, Регина почувствовала, как ее обдало жаром, и прислонилась к прохладной стене, пытаясь унять дрожь в коленях. Из кухни тут же высунулась обеспокоенная Груня.
— Регинка, ты чего побледнела так? На тебе прямо лица нет, будто привидение увидела.
— Все в порядке, Грунь, просто давление немного скакнуло из-за этой духоты, сейчас отпустит.
— Сядь хоть на минуту, я тебе сейчас водички холодной принесу.
— Не нужно воды, я уже в норме.
Она выпрямилась, поправила складки на фартуке и выдала такую лучезарную улыбку, что Груня лишь недоверчиво хмыкнула и вернулась к своим тарелкам. Вопль раздался через двадцать минут, и это было грандиозное представление, достойное провинциального театра в день премьеры. Нина Семеновна летела вниз по лестнице, заламывая руки и причитая так громко, что в серванте зазвенел хрусталь.
— Деньги пропали! Полтора миллиона, которые я в сейф положила, как сквозь землю провалились! Я ведь знала, я сердцем чувствовала, что в этом доме завелся вор!
Мухина медленно опустила чашку на блюдце, глядя на хозяйку дома с тем ледяным спокойствием, с которым смотрят на внезапно взбесившуюся газонокосилку.
— Нина Семеновна, если совершено преступление, нам немедленно следует вызвать полицию и оформить протокол.
Лицо свекрови моментально сменило палитру с ярко-красного на мертвенно-бледное, ведь полиция означала обыск, отпечатки пальцев и крах всего ее хитроумного замысла.
— Ой, нет, Эльвира Робертовна, зачем же сразу полицию? Мы же интеллигентные люди и сами во всем разберемся. — Она хищно уставилась на Регину. — Обыщем ее комнату немедленно. Я уверена, что пропажа именно там…
