Ее этапировали в глухую женскую колонию, где сразу же бросили в барак к самым опасным рецидивисткам. Однако майор Шевченко быстро поставила на место местную авторитетную зэчку, продемонстрировав свою стальную хватку и боевые навыки. Дни тянулись в монотонной работе швейного цеха, пока бюрократическая машина в Киеве медленно набирала обороты. Полковник Коваленко лично курировал процесс ее освобождения, используя записи с камер видеонаблюдения полицейского участка. Эти чудом уцелевшие видеофайлы полностью изобличали садистские наклонности троицы оборотней в погонах.
Под неопровержимым давлением доказательств специальная межведомственная комиссия полностью сняла с Оксаны все обвинения. На двадцатый день заключения тяжелые ворота колонии открылись, возвращая ей заслуженную свободу. Коваленко лично встречал свою подчиненную, передав ей пухлую папку с исчерпывающим досье на ее обидчиков. Там были адреса, имена родственников, номера школ их детей и полная финансовая подноготная каждого негодяя. Получив внеочередной отпуск, девушка отправилась в Киев, чтобы тщательно подготовить план ледяной мести.
Она не собиралась их убивать — это было бы слишком легким избавлением от земных страданий. Оксана жаждала разрушить их жизни до основания, лишив семей, работы и малейшего самоуважения. Спустя несколько недель неприметная машина въехала в спальный район Белой Церкви, остановившись у дома Богдана Ткачука. Дождавшись ухода детей в школу, она постучала в дверь и представилась его супруге Алене Викторовне. Женщина с настороженностью впустила незнакомку, не подозревая, что через минуту ее уютный мир рухнет.
Оксана молча продемонстрировала ей фотографии переписок и кадры с камер, где ее муж домогался скованной женщины. Алена смотрела на экран побледневшим от ужаса лицом, отказываясь верить в чудовищную правду. Разведчица оставила ей копии всех документов, свидетельствующих о систематических преступлениях и взятках этой полицейской банды. Она не испытывала жалости к этой обманутой жене, ведь та годами закрывала глаза на источник благосостояния семьи. Оставив рыдающую Алену среди рассыпанных бумаг, Оксана отправилась по следующему адресу из своего черного списка.
Супруга Бондаренко, Оксана Павловна, восприняла шокирующие новости с ледяным, обреченным спокойствием уставшей медсестры. Она призналась, что всегда считала своего благоверного редкостной сволочью, но не знала истинных масштабов его падения. Мать Петренко, старенькая Мария, лишь истово крестилась и слезно умоляла простить ее глупого, непутевого сына. Эти визиты запустили необратимую цепную реакцию, которая в считанные дни уничтожила социальные жизни обидчиков. Жены немедленно подали на развод, забрав имущество, а начальство с позором вышвырнуло их из органов…
