— Нет. Мои бабушка и дедушка платили за всё. Одежда, школьные принадлежности, университет — всё. Диана и Сергей брали деньги у моего дедушки, но никогда ничего не давали взамен.
Андрей Викторович провёл меня через всё моё детство. Каждое пропущенное событие, каждое нарушенное обещание, каждый неотвеченный звонок. Тот Новый год, когда Диана весь вечер просидела с телефоном. Тот День отца, когда Сергей не отвечал три дня. Я говорила ровным, фактическим тоном. Я не просила сочувствия. Я устанавливала закономерность.
— Когда умерла ваша бабушка, что произошло?
— Я взяла академический отпуск на семестр, чтобы быть с дедушкой. Он был раздавлен. Пятьдесят лет брака. Я не могла оставить его одного.
— Ваша мать помогала?
— Она приехала на похороны и уехала сразу после. Не помогала с организацией, не навещала его потом. Я переехала домой на полгода, чтобы убедиться, что он в порядке.
— И после этого вы сблизились ещё больше?
— Да. Я звонила каждый день, приезжала каждое воскресенье на ужин. Когда он вышел на пенсию, мы проводили вместе ещё больше времени. Он был моим наставником в карьере. Научил меня всему, что я знаю о праве. Он был моим дедушкой и моим лучшим другом.
Мой голос слегка дрогнул. Я откашлялась.
— Когда вы узнали о завещании?
— На оглашении через неделю после его смерти. Я была в шоке. Я ожидала получить личные вещи. Понятия не имела, что у него были такие сбережения. И уж точно не знала, что он планирует оставить всё мне.
— Вы когда-нибудь обсуждали с ним завещание?
— Никогда. Он никогда не говорил мне о своих планах. Думаю, он хотел, чтобы я любила его без корыстных мотивов. Что я и делала.
— Что бы вы сказали на обвинение в том, что вы им манипулировали?
Я посмотрела прямо на свою мать.
— Я тридцать два года была рядом. Я не манипулировала им. Я любила его. Это разные вещи.
Андрей Викторович сел. Теперь настал черёд перекрёстного допроса Пальмерова. Он медленно встал с таким видом, будто нашёл слабое место.
— Госпожа Морозова, вы утверждаете, что редко видели своих родителей. А почему не могли сами проявлять больше инициативы, чтобы пытаться наладить контакт?
— Большую часть этого времени я была ребёнком, — спокойно ответила я. — Дети не организуют визиты. Это делают родители.
— Но будучи взрослой…
Обсуждение закрыто.