Я регулярно платил все положенные государству налоги и ни от кого не скрывался. Но годы брали свое, и мои физические силы для тяжелого труда были уже совсем не те. Шестьдесят пять лет — это тот печальный возраст, когда обычная шахтерская кирка начинает весить как тяжелый корабельный якорь.
Любой подъем в крутую гору теперь превращался для моих старых ног в настоящую изматывающую пытку. И тогда мой повзрослевший ученик Денис, ставший весьма успешным и хватким геологом, предложил выкупить мой бизнес. У этого амбициозного парня теперь были солидные деньги, полезные деловые связи и отличная слаженная команда специалистов.
Денис заботливо сказал, что я честно заслужил долгий и комфортный отдых на старости лет. Он уговаривал продать ему все дело, чтобы молодой и энергичный хозяин смог достойно его продолжить. А мне он советовал поскорее уезжать к теплому морю и с удовольствием греть там свои больные старые кости.
Я немного подумал над его заманчивым предложением и в конце концов охотно согласился. Я принял такое важное решение только потому, что искренне доверял этому смышленому парню. Ведь Денис давно стал для меня не просто талантливым учеником, а по-настоящему родным и близким сыном.
Я забрал этого несчастного подростка из холодного казенного детдома ровно пятнадцать лет назад. Тогда тринадцатилетний тощий и озлобленный пацан смотрел на весь жестокий мир волком. В его детских глазах уже глубоко поселилась та особенная, тяжелая тоска абсолютной сиротской безнадежности.
Оформив опеку, я взял сложного подростка к себе в рабочую бригаду в качестве простого ученика. Долгими днями я терпеливо учил его правильно держать тяжелый геологический инструмент и грамотно читать горный камень. Я с любовью показывал ему, как молчаливая земля начинает охотно разговаривать с теми мастерами, кто умеет ее слушать.
Впечатлительный мальчишка впитывал новые знания невероятно быстро и жадно, демонстрируя явный природный талант. Он с легкостью находил богатые золотые жилы там, где все остальные опытные геологи видели только бесполезную пустую породу. Видя такие способности, я с радостью оплачивал его дальнейшее обучение в престижном профильном институте.
Как родной отец, я искренне радовался каждым новым успехам студента и очень им гордился. И вот теперь этот состоявшийся молодой специалист вполне официально и за хорошие деньги выкупает у меня весь бизнес. Это казалось мне абсолютно правильным, честным и логичным завершением моего долгого трудового пути.
Все юридические бумаги мы заранее подготовили через опытного нотариуса в полном соответствии с действующим законом. Так почему же тогда мой умный Гром буквально сходит с ума от надвигающегося ужаса. Я снова тревожно покосился в салонное зеркало на застывшего в неподвижности огромного полярного волка.
Лишь широкие черные ноздри зверя ритмично раздувались, постоянно втягивая холодный воздух. Острый хищный нюх безошибочно читал те неуловимые запахи опасности, которые я совершенно не мог почувствовать. Может быть, моя сделка и правда таит в себе какой-то страшный подвох, хотя, скорее всего, это просто глупые старческие страхи.
Заснеженная дорога пошла под сильный уклон, уводя нас с высоких гор вниз в долину. Дикий глухой Лес постепенно отступал, уступая место первым неуверенным признакам приближающейся цивилизации. Вдоль обочин замелькали покосившиеся столбы линии электропередач и замерзшие грязные лужи с пятнами мазута.
Николай коротко кивнул вперед и указал на старую придорожную закусочную с красивым названием Привал Странника. Это было ветхое деревянное строение, со всех сторон плотно окруженное грязными снежными сугробами. Из кирпичной трубы мирно вился сизый дымок, а на широкой обочине отдыхала пара транзитных фур.
Уставшие дальнобойщики привычно грелись внутри за горячим чаем и крепкими напитками. Тормозни прямо здесь на пару минут, попросил я своего недовольного водителя. Денис предупреждал, что именно тут специальный курьер должен передать мне финальные версии документов для предварительного ознакомления.
Мой партнер очень просил, чтобы я внимательно прочитал все черновики контрактов заранее. Николай сурово нахмурил брови, заметив, что эта заснеженная глухомань — крайне странное место для передачи важных деловых бумаг. Но курьер как раз едет к нам из мегаполиса, так что ему просто оказалось по пути заскочить в закусочную.
Денис уверял, что так всем будет гораздо удобнее и быстрее. Наша помятая машина плавно свернула на расчищенную трактором площадку и с хрустом затормозила. И именно в эту секунду Гром снова угрожающе заворчал тем самым леденящим звуком, от которого по спине побежали мурашки.
Это был низкий утробный рокот, удивительно похожий на звук далекого горного камнепада. Жесткая шерсть на мощном загривке хищника снова угрожающе поднялась дыбом. Я посмотрел в окно и увидел, что в стороне от больших грузовиков припаркована дорогая черная иномарка с тонированными стеклами.
Двигатель автомобиля тихо работал, а из выхлопной трубы валил густой белый пар. Рядом с роскошной машиной нервно переминался с ноги на ногу совсем молодой парень, работающий курьером. Он выглядел в этой глуши так же странно и неуместно, как тропическая пальма в снежной тундре.
Юноша был одет в тонкую кожаную куртку, узкие стильные брюки и модные туфли, уже насквозь промокшие в грязной снежной каше. Он заметно дрожал от пронизывающего холода, пряча озябшие руки в неглубокие карманы, и пугливо озирался по сторонам. Бледное лицо и бегающие глаза выдавали в нем человека, мечтающего поскорее закончить работу и немедленно уехать…
