— «Приехал, а там одни угли. Соседка клялась, что опознала тебя по какому-то перстню с камнем.
«Был такой, с рубином. Но я его другой девчонке швырнула, наследнице.
Мать тогда подсуетилась и сослала меня в Штаты, рулить филиалом. Вчера прилетел и увидел тебя в новостях. Сна лишился.
«И какой финал у этой сказки? У каждого своя колея. Не ищи встреч». Лена одним глотком допила кофе и поднялась.
Бросила купюру и вышла вон. У входа её уже поджидал Артур. — «Привет.
Что за хмырь с тобой чаи гонял?» — с подозрением спросил он. — «И тебе не хворать. Знакомый из прошлой жизни.
Из-за бугра вернулся, решил поностальгировать. — «Прошлая жизнь? Занятно.
Отчего ж я о нём не слышал? Много у тебя таких скелетов в шкафу? Это единственный эпизод, который хочется вычеркнуть из памяти навсегда. — «Тормози, он что, биологический отец?» — «В десятку. Но он ни сном ни духом.
«И ты промолчала?» — «А смысл? Давно перегорело. Пусть живёт своей жизнью.
«Мудрое решение. Поужинаем сегодня в приличном месте?» — «Почему бы и нет. Развеяться не помешает.
Заеду в семнадцать ноль-ноль. Собирайся. Вечер прошёл в дорогом ресторане.
Артур заметно мандражировал. — «Налоговая прессует?» — попыталась разрядить обстановку Лена. — «Бери выше.
Давно собирался озвучить. Стань моей женой». Лена потеряла дар речи.
Она безмерно ценила всё, что он для неё сотворил. Но бабочек в животе не наблюдалось. Встреча с Игорем показала, что старые чувства никуда не делись, они просто спали под толщей обид.
Но здравый смысл подсказывал, что Артур — это бетонная стена, за которой безопасно. — «Я согласна». — выдохнула она.
«Не шутишь?» — «Вполне серьёзно». Артур сиял как медный таз. Достал бархатную коробочку с внушительным бриллиантом и окольцевал Елену.
«Теперь официально занята. Клянусь, ты не пожалеешь». — «Я в курсе».
Они съехались. Артур давно отстроил шикарный коттедж в пригороде. Семья была его идеей фикс.
С той самой уборки в переговорной он ни на кого больше не смотрел. Лена продолжала разрываться между хосписом и детским отделением. В одно из дежурств она обнаружила на столе пухлый конверт.
Вскрыв его, увидела то самое злополучное фото с банкета. Она разглядывала себя прежнюю — юную, наивную дурочку. На обороте убористым почерком было написано послание.
«Леночка, умоляю, не руби сплеча. Жизнь дала трещину. Я рыскал в твоих поисках, хотел отмотать всё назад.
Но бабка в деревне сказала, что ты погибла. Мать тут же упекла меня за океан спасать активы. Спустя годы выяснилось, что это была многоходовочка, чтобы нас развести.
Никого, кроме тебя, не любил. Сейчас мать при смерти. Империя рухнула.
Ючусь в клоповнике на окраине. Умоляю, приедь». И координаты. Лена долго сверлила взглядом бумагу и всё же сдалась.
Постучала в обшарпанную дверь, Игорь открыл и расцвёл. — «Ждал.
Выкладывай, как докатился до такой жизни. — «Долгая история. Чаю?» — «Обойдусь.
Тот самый Женя, что мэру заносил, помнишь? Он всё так обставил, что фирма пошла по миру, а сам слинял за кордон. Мать годами по судам таскалась — всё без толку. На крутых адвокатов средств не осталось.
На нервной почве и слегла. Онкология. И где она теперь? В жизни не поверишь в такие совпадения.
В том самом паллиативном отделении, которое мечтала снести. Там сейчас разруха, денег нет, стены сыплются… Карма в действии. — «Справедливость существует.
А ты сам как перебиваешься?» — «Глухо, никуда не берут. Надо фирму отжимать обратно, но это утопия. — «Ну, дерзай.
Попутного ветра. — «Буду признательна. Ещё заглянешь?» — «Без шансов.
Нам не по пути». Она развернулась и ушла. Дома её поджидал Артур с перекошенным лицом.
«Откуда путь держишь?»
