Кардиолог, спеша на работу, забыла сумку в маршрутке. Пожилая женщина на остановке протянула ее ей, прошептав: «Не ступай на работу сегодня, поезжай к мужу в офис и спрячься в чулане. Не спрашивай, делай, как велю, твоя жизнь на кону».
Я не знала, как поступить. Спустя полчаса, сидя в чулане его офиса, я думала, что схожу с ума, пока вдруг не услышала их голоса…
Утро началось с бега. Дарья вылетела из подъезда, на ходу застегивая сумку, в которой привычно гремели пузырьки с лекарствами и стетоскоп. Опаздывать на смену в отделение кардиологии было нельзя.
Строгая заведующая этого не прощала, да и больные ждали. Маршрутка, как назло, пришла переполненная, пришлось втискиваться на заднее сиденье, прижимая сумку к груди. Всю дорогу женщина прокручивала в голове вчерашний разговор с Богданом.
Он снова пришел за полночь, от него пахло чужими духами и дорогим коньяком. На ее вопросы отвечал односложно, прятал глаза и утыкался в телефон. Десять лет брака, а сейчас между ними словно выросла стена, которую Дарья не могла разрушить.
Она чувствовала: происходит что-то, о чем он молчит, улыбаясь своей привычной, но теперь какой-то чужой улыбкой. На своей остановке Дарья выскочила одной из последних, подхватив халат, который вываливался из сумки. Маршрутка фыркнула и уехала, оставив ее на остановке одну.
И только через минуту, когда она машинально полезла за телефоном, чтобы написать Богдану, ее рука наткнулась на пустоту. Сумки не было. Сердце ухнуло вниз, словно в скоростном лифте.
Там были документы, кошелек, ключи от квартиры, сменная обувь и тот самый стетоскоп, без которого она чувствовала себя как без рук. Дарья заметалась по остановке, вглядываясь вдаль, но маршрутка уже скрылась за поворотом. Она представила, как заходит в отделение с пустыми руками, как заведующая встречает ее недовольным взглядом, как пациенты ждут обхода.
И в этот момент она почувствовала на себе чей-то взгляд. На скамейке рядом с остановкой сидела женщина. Странная, такая, каких в городе днем с огнем не сыщешь.
На ней был старомодный длинный плащ, повязанный поверх седых волос платок с выцветшими розами, а в руках она держала Дашину сумку. Именно ее сумку с потертым боком и болтающимся брелоком в виде сердечка.
— Это же моя сумка! — выдохнула Дарья, подбегая. — Спасибо вам огромное. Я думала, все пропало. Как она к вам попала?
Женщина медленно подняла на нее глаза. Они были неожиданно молодыми, ясными и смотрели с какой-то пронзительной, почти пугающей внимательностью. Она протянула сумку Дарье, и когда их пальцы соприкоснулись, женщина почувствовала, как по коже пробежал холодок. Рука незнакомки была ледяной, несмотря на теплое утро.
— Возьми, дочка! — голос у нее оказался тихим, но необыкновенно отчетливым. — Но прежде чем побежишь, послушай меня!
Дарья растерянно замерла, прижимая сумку к себе…
