Никакого громкого, кинематографичного щелчка в сознании при этом не было, всё произошло удивительно тихо и буднично. Было просто кристально ясное, пронзительно холодное и абсолютно безжалостное понимание всей трагичности сложившейся ситуации. Это был абсолютный, безоговорочный конец их некогда счастливой семейной жизни, без права на апелляцию или помилование.
— Значит, вы серьезно считаете, что вашей маме со стороны гораздо виднее, как нам строить свою жизнь? — спокойно, без эмоций переспросила Диана мужа. — Ну конечно же, мне виднее, у меня жизненный опыт огромный за плечами, — самодовольно, как индюк, кивнула свекровь. При этом она с победным, торжествующим видом жадно откусила половину шоколадного эклера, неряшливо испачкав губы сладким кремом.
— Старших, мудрых родственников нужно всегда беспрекословно уважать, слушать их советы и по первому зову материально помогать им во всем. — Кровная семья — это самое главное, самое ценное сокровище, что есть у человека в этом жестоком, одиноком мире. — Вот посмотришь, когда наша Леночка прочно встанет на ноги и выучится, она тебе еще огромное спасибо за помощь скажет и отблагодарит.
— Хорошо, я вас всех очень внимательно, не перебивая выслушала, — медленно, словно соглашаясь, кивнула головой Диана, подводя итог этому судилищу. — Я вас прекрасно поняла, ваша жизненная позиция мне теперь предельно ясна и кристально, до боли понятна. С этими словами она плавно, как пантера, развернулась на каблуках и твердым, уверенным шагом пошла по темному коридору в их общую спальню.
— Эй, ты куда это от нас так быстро пошла, а ну стой и немедленно отвечай, когда с тобой старшие разговаривают! — визгливо, срывая голос, крикнула ей в спину возмущенная Леночка. — Как же это невероятно невежливо и некультурно с твоей стороны, просто взять и молча уйти посреди важного семейного разговора! Диана молча зашла в спальню, предельно плотно прикрыла за собой скрипучую дверь и подошла к большому, вместительному шкафу купе.
Она решительно, без тени сомнения достала с верхней полки свой самый большой, вместительный пластиковый чемодан на усиленных колесиках. Затем она широко, на всю длину раскрыла его прямо на их большой, аккуратно заправленной двуспальной кровати. Все её последующие движения были предельно чёткими, быстрыми и до совершенного автоматизма отработанными в многочисленных рабочих командировках.
В её выверенных действиях больше не было абсолютно никаких лишних, разрушительных эмоций, слез или типичных бабьих истерик. Была лишь одна сплошная, сухая, бездушная и пугающая эффективность опытного специалиста по сложной, кризисной логистике. Все важные документы и паспорта моментально полетели в отдельную пластиковую папку, рабочий ноутбук с зарядкой — в специальную защитную сумку.
Свежее нижнее бельё, строгие офисные костюмы, пара любимых синих джинсов аккуратно и очень быстро укладывались на глубокое дно просторного чемодана. Туда же оперативно, без раздумий отправилась удобная обувь, объемная косметичка с дорогими кремами и небольшая деревянная шкатулка с золотыми украшениями. Она методично укладывала свои личные вещи и одновременно с этим хладнокровно, пошагово составляла в голове четкий план своих дальнейших действий на вечер.
Первым делом нужно обязательно, не забыв в суматохе, забрать из ящика тот самый заветный конверт с наличными деньгами. Там лежат её честно заработанные семнадцать тысяч пятьсот, которые теперь очень пригодятся ей для комфортного старта новой, независимой жизни. Вторым пунктом нужно прямо сейчас вызвать комфортное такси бизнес-класса до хорошего, проверенного четырехзвездочного отеля «Хилтон Гарден Инн».
Благо, её высокая руководящая должность предполагала наличие хорошей корпоративной скидки на комфортное проживание в сети этих гостиниц. Да и просто по-человечески ей хотелось хоть раз в жизни по-настоящему шикануть, сделать это назло всему этому окружающему провинциальному жлобству. Третьим, самым важным и срочным пунктом плана было немедленно заблокировать в банковском приложении все свои основные кредитные и дебетовые карты.
Те самые безлимитные карты, к которым у Евгения до сих пор сохранялся удобный, дополнительный семейный доступ для покупок. Ровно через сорок минут интенсивных, молчаливых сборов она была полностью, на сто процентов готова к выходу из этой опостылевшей квартиры. Она переоделась в удобные, не стесняющие движений синие джинсы и мягкие белые кроссовки, сверху накинула свой любимый бежевый тренч…
