Реакция Ксении была немедленной и пугающей. Она съежилась, прижала кукол к груди и начала слегка дрожать. Дмитрий почувствовал, как кровь стынет в жилах.
— Ксюша, моя любовь, мама говорила тебе что-то о том, чтобы не говорить?
Едва слышным голосом Ксения прошептала:
— Мама говорит, что если я буду говорить, случится что-то плохое.
Мир Дмитрия зашатался.
— Какое плохое, моя любовь? Что… что ты уйдешь? Что ты меня больше не будешь любить? Что люди узнают секрет?
— Какой секрет, Ксюша?
Но Ксения вернулась к своему молчанию, явно напуганная тем, что раскрыла слишком много. Дмитрий мягко обнял ее.
— Моя любовь, послушай меня внимательно. Я никогда не уйду от тебя. Я люблю тебя больше всего на свете, говоришь ты или нет. И нет такого секрета, который может это изменить.
Впервые за эти дни Ксения посмотрела ему прямо в глаза.
— Правда, папочка?
— Правда, принцесса. Хочешь сейчас поехать к Надежде?
Преображение в Ксении было мгновенным. Ее глаза загорелись, и она энергично кивнула.
В тот день, когда они приехали на обычный угол, Надежда подбежала к машине с большой улыбкой.
— Ксюша, ты еще говорила?
Ксения полностью опустила окно и, к удивлению Дмитрия, четко сказала:
— Привет, Надежда. Как дела?
Надежда закричала от радости.
— Ты так красиво говоришь! Ты больше не боишься!
— Еще немножко боюсь, — призналась Ксения. — Но с тобой я чувствую себя в безопасности.
Дмитрий наблюдал за обменом смесью радости и растущего беспокойства. Было очевидно, что Ксения могла говорить прекрасно. Что сделала Виктория, чтобы держать ее в молчании все эти годы?
— Надежда, — сказал Дмитрий. — Хочешь посмотреть наш дом? У Ксюши много игрушек, которые она хотела бы тебе показать.
Глаза Надежды округлились.
— Правда? Дом богатых?
Ксения засмеялась, звук которого Дмитрий не слышал годами.
— Да, но самое веселое — это сады. Там есть бассейн и качели.
По дороге в Конча-Заспу Надежда не переставала задавать вопросы.
— У вас правда есть бассейн? А сколько комнат?
— Есть садовник, — Ксения отвечала на все с заразительной радостью. Казалось, присутствие Надежды освободило не только ее голос, но и всю личность, которая была подавлена годами.
Приехав к особняку, Надежда осталась без слов. Идеально ухоженные сады, фонтан у входа, мраморные колонны — все было как сказка для девочки, которая жила в двухкомнатной квартире в спальном районе.
— Ксюша, ты живешь во дворце! — воскликнула Надежда.
— Пойдем, покажу тебе свою комнату, — сказала Ксения, беря ее за руку.
Дмитрий следовал за ними, наблюдая, как Ксения полностью преображается в присутствии Надежды. Она говорила, смеялась, бегала — все, что должна была делать годами. В комнате Ксении Надежда изумлялась коллекцией кукол, книгам, игрушкам, заполнявшим несколько полок.
— У тебя больше игрушек, чем во всем магазине на Крещатике. Хочешь, поиграем? — спросила Ксения.
— Можем играть во что хочешь.
Пока девочки играли, Дмитрий пошел в свой кабинет и позвонил доктору Соколову, неврологу Ксении.
— Доктор, мне нужно задать прямой вопрос. Возможно ли, что кто-то давал Ксюше что-то, чтобы не дать ей говорить?
Обсуждение закрыто.