— сказала Надежда, жуя блин. — Моя бабушка всегда говорит, что когда ты встречаешь кого-то особенного, твое сердце тебе это говорит вот здесь, внутри.
Она коснулась груди.
— И когда я увидела тебя вчера, мое сердце мне сказало, что ты особенная.
Ксения смотрела на нее широко раскрытыми глазами. Медленно она поднесла свою маленькую руку к собственной груди, повторяя жест Надежды.
— Твое сердце тоже тебе что-то говорит? — нежно спросила Надежда. Ксения медленно кивнула. И, к изумлению Дмитрия, ее губы снова зашевелились, как будто она пыталась говорить.
— Все в порядке, если ты не хочешь говорить, — сказала Надежда, взяв руку Ксении. — Иногда слова не так важны, как чувства.
Но когда ты будешь готова, я буду здесь, чтобы тебя выслушать. В этот момент случилось что-то необычайное. Ксения сжала руку Надежды и с видимым усилием прошептала что-то настолько тихо, что едва можно было услышать.
— На-деж-да.
Дмитрий уронил свой блин. Тетя Маша застыла с лопаткой в воздухе.
Гул рынка, казалось, остановился на мгновение.
— Ты сказала мое имя, — прошептала Надежда со слезами на глазах. Ксения кивнула и на этот раз более четко повторила:
— Надежда.
Дмитрий почувствовал, что мир движется под его ногами. После шести лет абсолютного молчания его дочь произнесла свое первое слово.
И это было не «папа» или «мама», а имя девочки, которую она только что встретила.
— Ксюша заговорила! Ксюша заговорила! — закричала Надежда, вскакивая со стула. Все в палатке с блинами обернулись, и вскоре образовался маленький круг любопытных. У Дмитрия текли слезы по щекам. Он подошел к Ксении и мягко обнял ее.
— Моя любовь. Ты заговорила. Ты сказала ее имя.
Ксения посмотрела на него и тихим, но ясным голосом сказала:
— Па… Па.
Палатка с блинами взорвалась аплодисментами. Тетя Маша перекрестилась и пробормотала благодарственную молитву.
Надежда танцевала вокруг стола, крича от радости. Но посреди всего празднования Дмитрий заметил что-то в глазах Ксении. Это был страх. Как будто речь разрушила какое-то заклятие, которое ее защищало. И теперь она боялась последствий.
— Что случилось, принцесса? — мягко спросил он.
Ксения посмотрела на него этими большими карими глазами и прошептала что-то, что заморозило кровь Дмитрия.
— Мама будет сердиться.
Дмитрий почувствовал, как что-то разрывается в его груди. Почему Ксения будет бояться, что ее мать рассердится, потому что она заговорила? Какой секрет хранила его маленькая дочь?
Надежда, которая услышала комментарий, подошла к Ксении и погладила ее волосы.
— Почему твоя мама будет сердиться? Говорить — это что-то хорошее. Ксения опустила взгляд и снова погрузилась в молчание. Но теперь Дмитрий знал, что это было по-другому. Это было уже не непроизвольное молчание, а молчание, наполненное секретами и страхами.
В тот день, после того как отвез Надежду обратно на ее угол с обещанием вернуться на следующий день, Дмитрий ехал домой с миллионом вопросов в голове. Ксения вернулась к своему молчанию, но теперь он знал, что она может говорить. Вопрос был в том, что держало ее в молчании все эти годы. Дома Анна Ивановна приняла новость о чуде со слезами радости.
— Господи Боже, после стольких лет… Но почему она не хочет говорить сейчас?
— Не знаю, Анна Ивановна, но я это выясню.
Той ночью Дмитрий позвонил Виктории в Париж. Рассказал ей о чуде, о Надежде, о первых словах Ксении. Он ожидал услышать крики радости, плач от волнения, но реакция Виктории была странно холодной.
— Ты уверен, что она действительно говорила? Ты не вообразил это?
— Виктория, я слышал четко. Она сказала «Надежда», а потом «Папа». Тетя Маша и все люди на рынке были свидетелями.
Была длинная пауза с другой стороны линии.
— Ну, я полагаю, это хорошо. Я вернусь через два дня. Тогда поговорим.
Звонок резко закончился, оставив Дмитрия со странным ощущением в животе. Почему Виктория не была в восторге? Почему она казалась более обеспокоенной, чем счастливой? Той ночью Дмитрий не спал, думая о словах Ксении: «Мама будет сердиться». Что это означало? Какой секрет хранила его семья, о котором он не знал?
На следующий день он решил, что ему нужны ответы. И у него было ощущение, что Надежда каким-то таинственным образом была ключом к разгадке тайны, которая окружала его дочь всю ее жизнь. На третий день Дмитрий подождал, пока Анна Ивановна уйдет за покупками, чтобы поговорить с Ксенией наедине. Он нашел ее в комнате, молча играющей со своими куклами, как она делала годами.
— Ксюша, моя любовь, — сказал он, садясь на край ее кровати. — Вчера ты говорила… говорила… прекрасные слова. Почему ты не хочешь продолжать говорить? Ксения подняла на него взгляд, и Дмитрий увидел внутреннюю борьбу, отраженную в ее глазах. Она хотела говорить. Это было очевидно, но что-то ее останавливало.
— Ты чего-то боишься, принцесса?
Ксения медленно кивнула.
— Ты боишься мамы?
Обсуждение закрыто.