— Он оставил мне письмо. Рассказал историю машины, объяснил, почему завещал ее мне.
— Покажешь в суде. Посмотрим, насколько оно подлинное.
— Витя, ты серьезно думаешь, что я подделал письмо деда?
— Я думаю, что ты хитрее, чем кажешься. Всю жизнь прикидывался тихоней, неудачником. А сам получил наследство на десять миллионов. Молодец, Леха. Ловко провернул.
— Я ничего не проворачивал. Я даже не знал про машину до того, как открыл гараж.
— Ну-ну. Рассказывай сказки судье. Я свою долю получу, так или иначе. По-хорошему или по-плохому — твой выбор.
— Что ты имеешь в виду?
— Имею в виду, что можем договориться. Ты продаешь машину, делишь деньги пополам со мной. Дом я уже продал. Получил 22 миллиона. Плюс твои пять миллионов — будет 27. Делим пополам — по 13 с половиной. Честно ведь.
Алексей не верил своим ушам.
— Ты хочешь, чтобы я продал дедову машину и отдал тебе половину денег?
— Именно. Это справедливо. Мы оба внуки, оба имеем право на наследство.
— Но дед оставил тебе дом. Дом за 20 миллионов!
— Я не виноват, что ты получил меньше. Но теперь, когда выяснилось, что у тебя есть машина, ситуация изменилась. Давай по-братски. Ты мне 5 миллионов, и мы расходимся мирно. Я забираю иск из суда, никаких разбирательств.
— Нет.
— Нет? Ты уверен? Суд может затянуться на месяцы. Стоить будет кучу денег. Плюс нервы, время. Ты готов к этому?
— Готов. Я не продам машину и не дам тебе ни копейки.
— Твое право. Тогда увидимся в суде.
Виктор отключился. Алексей стоял посреди улицы, сжимая телефон. Внутри всё кипело. Гнев, обида, разочарование. Виктор — родной брат, которому не хватило 22 миллионов. Захотел еще. Захотел отобрать у младшего брата последнее. Жадность, алчность, отсутствие совести.
«Я всегда знал, что ты неудачник». Слова Виктора, сказанные когда-то давно. Тогда Алексей промолчал, проглотил обиду. Но сейчас… сейчас он не собирался молчать, не собирался отдавать то, что оставил ему дед. То, что было дано с любовью, с верой в него.
Алексей сжал кулаки. Хорошо. Пусть будет суд. Он готов драться. Готов отстаивать свое право.
Дни до суда тянулись мучительно медленно. Алексей встречался с адвокатом, готовил документы, собирал доказательства. Принес письмо деда, адвокат изучил его, сказал, что это сильный аргумент, но Виктор может оспорить подлинность. Нужна экспертиза почерка. Провели экспертизу. Почерковед подтвердил: письмо написано рукой Петра Михайловича Громова, без признаков подделки или принуждения.
Также Алексей нашел старые фотографии деда с машиной. Нашел записи в дедовых блокнотах. Он вел учет всех работ, которые проводил с «Победой». Даты, описания, чеки на запчасти. Всё это тщательно хранилось в гараже. Адвокат был доволен.
— У нас сильная позиция. Виктору будет сложно что-то доказать.
Но Алексей не успокаивался. Он знал брата. Виктор не просто так подал иск. У него есть план.
И вот настал день суда. Алексей пришел в здание суда за полчаса до начала. Оделся в единственный костюм, который у него был, купленный на свадьбу восемь лет назад. Костюм немного не сидел — Алексей похудел за последние недели от стресса. Адвокат уже ждал в коридоре.
— Готовы?
— Готов.
— Помните: отвечайте только на вопросы судьи. Не вступайте в перепалку с братом или его адвокатом. Держите себя в руках.
— Постараюсь.
Они вошли в зал заседаний. Виктор уже сидел на своей стороне, рядом с адвокатом — женщиной лет пятидесяти в строгом костюме с хищным выражением лица. Виктор был одет безупречно. Дорогой костюм, начищенные туфли, запонки на манжетах. Выглядел уверенным, расслабленным. Увидев Алексея, он кивнул. Холодно, без улыбки. Алексей сел, достал документы, разложил перед собой. Руки слегка дрожали, он сжал их в кулаки, заставляя себя успокоиться.
Вошла судья — женщина лет шестидесяти с суровым лицом и проницательным взглядом. Села за стол, надела очки, открыла дело.
— Дело номер такой-то. Иск Громова Виктора Сергеевича к Громову Алексею Сергеевичу о пересмотре наследственного дела. — Она подняла глаза. — Стороны присутствуют?
— Да, Ваша честь, — ответили адвокаты.
— Хорошо, слушаем истца.
Адвокат Виктора встала, начала излагать суть иска. Говорила профессионально, четко, с цифрами и ссылками на законы. Суть сводилась к следующему: при составлении завещания завещатель Петр Михайлович Громов не учел наличие в гараже раритетного автомобиля стоимостью несколько миллионов. Если бы этот факт был известен, раздел имущества был бы иным. Следовательно, необходимо пересмотреть доли наследников и перераспределить имущество справедливо.
Судья слушала, делала пометки, потом спросила:
— У вас есть доказательства того, что завещатель не знал о наличии автомобиля?
— Ваша честь, в завещании указан только гараж. Автомобиль не упомянут. Следовательно, завещатель либо не знал о нем, либо не придавал ему значения.
— Или, — вмешался адвокат Алексея, — считал автомобиль частью гаража и сознательно завещал его вместе с гаражом ответчику.
— У вас есть доказательства этого?
Обсуждение закрыто.