— Свидетельские показания. Ваш брат нашел трех человек, которые якобы слышали от вашего деда, что он собирался продать машину и разделить деньги между внуками поровну.
У Алексея ёкнуло сердце.
— Это неправда. Дед никогда такого не говорил.
— Я понимаю. Но это их показания. Завтра в суде будут допрашивать свидетелей. Нам нужно быть готовыми опровергнуть их слова.
— Как?
— У вас есть свидетели, которые могут подтвердить противоположное? Люди, которым дед говорил о своих намерениях оставить машину вам?
Алексей задумался. Кому дед мог рассказать? Он был скрытным человеком, не любил делиться личными делами. С соседями общался мало, друзей почти не осталось. Все умерли или уехали.
— Не знаю. Может быть, соседи деда? Или кто-то из его знакомых?
— Попробуйте найти. Хотя бы одного человека, который подтвердит, что дед хотел оставить машину именно вам. Это сильно поможет.
Алексей после работы поехал в дедов дом. Вернее, бывший дедов дом — Виктор уже продал его, но новые владельцы еще не въехали. Дом стоял пустой, окна заколочены. Алексей постучал к соседям. Слева жила пожилая женщина, Вера Ивановна, которая дружила с бабушкой еще при жизни.
— Лешенька! — обрадовалась она, открыв дверь. — Заходи, заходи. Чай будешь?
— Спасибо, Вера Ивановна. Я ненадолго. Хотел спросить… Дед вам случайно не рассказывал о машине? О «Победе», которая у него в гараже стояла?
Женщина задумалась.
— Машина? Ну как же, рассказывал. Говорил, что это его гордость, что берег её всю жизнь. А зачем ты спрашиваешь?
— Дело в том, что мой брат подал в суд. Хочет отобрать машину. Утверждает, что дед собирался ее продать и разделить деньги между нами.
— Что? — Вера Ивановна всплеснула руками. — Да что ты говоришь? Петр Михайлович никогда бы не продал ту машину. Он мне сам говорил, года три назад, когда я его в больницу провожала. Сказал: «Вера, если что со мной случится, у меня в гараже машина стоит. Леше достанется. Пусть берет, ездит. Это для него». Я тогда еще удивилась: почему не Виктору, Витя ведь старший? А Петр Михайлович сказал: «Витя деньги хочет, а Леша душу понимает. Ему и оставлю».
У Алексея перехватило дыхание.
— Вы это точно помните? Можете подтвердить в суде?
— Конечно, помню, как вчера было. И в суд пойду, если надо. Скажу как есть. Петр Михайлович хороший человек был. Светлая ему память. А Виктор твой… — Она поморщилась. — Прости уж, Леша, но брат твой жадный. Даже на похороны деда нормально не оделся. В спортивном костюме пришел. Позор.
Алексей поблагодарил Веру Ивановну, записал её телефон, передал адвокату. Тот был доволен.
— Отлично. Это именно то, что нам нужно. Свидетель, который может подтвердить волю завещателя.
На следующий день они снова сидели в зале суда. Виктор выглядел уверенным, даже самодовольным. Его адвокат разложила документы, готовясь к допросу свидетелей.
Судья открыла заседание.
— Продолжаем слушание дела. Слово предоставляется стороне истца. Вы заявили о наличии свидетелей?
— Да, Ваша честь. Мы вызвали трех свидетелей, которые могут подтвердить намерение завещателя.
Первым вызвали мужчину лет шестидесяти, представившегося Геннадием Петровичем Скворцовым.
— Вы знали покойного Петра Михайловича Громова?
— Да, знал. Мы вместе в таксопарке работали лет 20 назад.
— И он вам рассказывал о своей машине?
Обсуждение закрыто.