— Не могу, пальцы.
Лёха взял его руку, приложил большой палец, единственный целый, к экрану. Телефон разблокировался. Андрей взял аппарат, нашёл контакт «Папа». Нажал вызов. Гудки. Ответили после третьего. Голос мужской, властный:
— Денис, ты где? Охрана не отвечает, я волнуюсь.
Андрей поднёс телефон к лицу Дениса, кивнул:
— Говори.
Денис хрипел, пытался собраться с мыслями:
— Пап, я… помоги, меня взяли.
На том конце пауза, потом голос стал жёстче:
— Кто взял? Где ты?
Андрей наклонился, сказал в телефон холодно:
— Ваш сын унижал беззащитную женщину. Теперь он платит за это. Передайте Макарову и Белову: их дети следующие в очереди. Или уже были.
Отключил звонок. Виктор Орлов на том конце остался слушать гудки.
Через минуту телефон Дениса начал разрываться от звонков. Андрей выключил его, бросил на пол. Серый принёс из угла ведро. Внутри помои, вода, какая-то жижа. Денис увидел, попытался отстраниться, но цепи держали.
— Что вы? Нет… Не надо.
Серый молча вылил содержимое ему на голову. Денис захлебнулся, зашёлся в кашле, вонь стояла невыносимая.
Костян и Лёха развязали его, стащили одежду, оставили в одних трусах. Тело Дениса было бледное, дрожало от холода и страха. Сломанные пальцы торчали под неправильными углами, он прижимал руки к груди, стонал.
Андрей снова включил камеру.
— Денис, теперь ты поползёшь по полу и попросишь прощения. У моей матери. На камеру. Чтобы весь Днепр увидел, что ты за человек.
Денис мотал головой:
— Не могу. Не могу ползти. Руки…
Костян пнул его ногой в спину:
— Ползи.
Денис упал на пол, лицом в грязь. Начал ползти на локтях и коленях, сломанные пальцы волочились по бетону. Кричал от боли, рыдал, но полз. Андрей шёл рядом, снимал.
— Громче, чтобы все слышали.
Денис хрипел сквозь слёзы:
— Простите меня, Вера Ивановна. Я мразь. Я недостоин. Простите.
Проползли метров десять. Денис лёг, не мог больше двигаться. Андрей остановил запись, посмотрел на Серого. Тот кивнул:
— Достаточно.
Дениса подняли, одели обратно, вывели на улицу. Посадили в «Газель», отвезли к его дому — коттеджу на окраине. Выкинули у ворот: избитого, в помоях. На груди записка, прикреплённая скотчем: «Это ваш сын. Он издевался над беззащитной женщиной. Теперь он знает, что такое боль». Уехали.
Утром Дениса нашёл отец. Вызвал скорую, врачей, полицию. Денис молчал, как и Кирилл. Боялся сказать правду. Боялся, что Андрей вернётся и закончит начатое.
Через два дня видео с Денисом появилось в Днепропетровских пабликах. Анонимный аккаунт выложил запись: Денис ползёт по полу, просит прощения, плачет. Комментарии взорвались. Кто-то писал, что это монтаж, кто-то узнавал Дениса Орлова, сына владельца АЗС. Кто-то вспоминал историю на рынке с пожилой женщиной. И тогда всё сложилось. Видео набрало тысячи просмотров за сутки. Отец Дениса пытался удалить его, но запись уже растащили, перезалили на другие сайты. Скандал вышел за пределы Днепра. Виктор Орлов, влиятельный бизнесмен, оказался отцом того самого мажора, который унижал старушку. Репутация рушилась.
Денис замкнулся в себе. Пальцы срослись криво, остался инвалидом. Отец пытался найти виновных, но каждый раз натыкался на молчание. Полиция делала вид, что расследует, но ничего не находила. Денис отказывался давать показания, говорил только одно: «Не помню, не видел, отстаньте».
Андрей сидел дома, смотрел новости в интернете. Видео с Денисом разлетелось по всей стране. Комментарии были разные, но большинство писало одно: «Поделом мажору». Андрей закрыл браузер, посмотрел на мать. Вера Ивановна спала на диване, укрытая пледом. Он подошёл, поправил плед, погладил её по голове. Два — готово. Остался третий.
Артём Белов исчез. После того, что случилось с Кириллом и Денисом, он перестал выходить из дома. Отец нанял ему охрану: четверо здоровых мужиков дежурили у особняка круглосуточно. Артём не ездил в клубы, не встречался с друзьями, даже телефон сменил. Он понял — его очередь.
Лёха следил за особняком Беловых целую неделю. Трёхэтажный дом в элитном районе, высокий забор, камеры, ворота с домофоном. Днём — охрана у входа, ночью — патрули вокруг территории. Подобраться было почти невозможно. Лёха докладывал Андрею каждый вечер:
— Не выходит, сидит внутри, как крыса в норе.
Андрей не спешил. Он знал: рано или поздно Артём выйдет. Страх притупляется, человек расслабляется. Нужно ждать.
Прошло десять дней. Артём начал терять бдительность. Отец уехал в командировку в столицу на три дня, мать с ним. Артём остался один с охраной и решил, что можно немного расслабиться. В пятницу вечером он позвонил своему дилеру, нужен был товар. Дилер сказал: «Приезжай сам, я не доставляю». Артём подумал: дом находится в двадцати минутах езды, район знакомый, охрана будет рядом. Решил рискнуть.
Лёха засёк его выезд. Серый «Мерседес» выехал из ворот в девять вечера, за ним чёрный «Форд» с охраной. Лёха сразу позвонил Андрею:
— Выехал, едет в сторону левого берега.
Андрей уже был готов. Серый и Костян ждали в «Газели» у старой промзоны. План был готов.
Артём приехал к дилеру: частный сектор, старый дом, глухой двор. Охрана осталась у ворот, Артём зашёл внутрь один. Пробыл там минут пятнадцать. Вышел довольный, с пакетиком в кармане. Сел в «Мерседес», завёл мотор. Проехал метров триста. На перекрёстке его подрезала «Газель», резко затормозила прямо перед капотом. Артём вдавил тормоз, заглох.
Из «Газели» выскочили Серый и Костян, подбежали к «Мерседесу». Артём попытался завестись, но не успел. Костян разбил боковое стекло, открыл дверь, выдернул Артёма из салона. Охрана в «Форде» сзади среагировала, но поздно. Лёха, который ждал в засаде на мотоцикле, подъехал к «Форду», швырнул в лобовое стекло кирпич. Стекло разлетелось, машина резко свернула, врезалась в столб. Андрей выскочил из-за угла, подбежал к «Форду». Двое охранников контужены, пытаются выйти. Андрей вырубил одного монтировкой. Второй успел выскочить, но Лёха подсёк его, ударил ногой в висок. Готов. Артёма уже запихнули в багажник «Газели», связали, заклеили рот. Всё заняло меньше минуты. Уехали, пока не приехала полиция.
Заброшенный цех встретил их темнотой и холодом. Артёма вытащили из багажника, поволокли внутрь. Он дёргался, пытался кричать через скотч, но бесполезно. Привязали к стулу цепями: руки, ноги. Сорвали скотч. Артём задышал, увидел Андрея перед собой. Лицо побелело.
— Ты… ты псих. Меня ищет вся полиция. Мой отец…
Обсуждение закрыто.