— Дениска, сыночек, вы где пропали? — раздался из трубки взволнованный голос. — Мы вас вчера ждали-ждали… Шашлык весь остыл. Что случилось?
— Алиса приболела, — соврал он. — Пришлось в больницу заехать.
— Ой, а что с ней? Серьезное?
— Да нет, отравление, наверное. Уже все нормально. Мы, наверное, сегодня не приедем.
— Ну что ж, жаль, — вздохнула тетка. — Выздоравливает пусть твоя Алиса. А мы тут тогда сами посидим.
Он положил трубку.
— Вот, — зло сказала Зоя Павловна, — из-за нее и на дачу не попали. Весь отдых насмарку.
Денис смотрел на мать, и в его душе боролись два чувства: привычная сыновья любовь и нарастающее раздражение. Он понимал, что она во многом виновата, что ее упрямство и жестокость привели к этой катастрофе. Но она была его матерью. Единственным человеком, как он считал до вчерашнего дня.
— Я все равно ей позвоню, — сказал он твердо.
Он набрал номер Алисы. Длинные гудки, никто не отвечал. Он набрал еще раз. И еще. Бесполезно.
— Не берет, — сказал он растерянно. — Наверное, спит.
— Или не хочет с тобой разговаривать, — язвительно заметила Зоя Павловна. — Обиделась цаца.
Она ушла на кухню, начала греметь посудой. Денис снова и снова набирал номер жены. Он отправил ей десяток сообщений: «Алиса, прости меня», «Я был неправ», «Давай поговорим», «Пожалуйста, ответь». Но ответа не было.
Тем временем на даче у тети Вали собралась небольшая компания: сама тетка, ее муж и соседи. Они сидели на веранде, ели остывший шашлык и обсуждали последние новости.
— Жалко, Дениска с семьей не приехал, — вздыхала тетя Валя. — Я так их ждала.
— А что случилось-то? — спросил сосед.
— Да говорит, жена отравилась.
— А-а-а, — протянул тот. — А я вот слышал другую историю.
Все повернулись к нему. Сосед, мужичок лет шестидесяти, работал сторожем в их дачном поселке и знал все слухи.
— Мне сейчас звонил кум. Он в ДПС работает. На трассе стоит. Говорит, задержали сегодня утром белый кроссовер, в угоне числился. А в нем мужик с мамашей своей. Представляете?
— Да ну! — ахнула тетя Валя. — И что дальше?
— А то, что машина эта, оказывается, принадлежит жене этого мужика. А саму жену они за несколько часов до этого на трассе высадили. У нее то ли аппендицит, то ли еще что. В общем, бросили умирать и уехали. Она в полицию заявила.
На веранде повисла тишина.
— Господи! — прошептала тетя Валя. — Не может быть! Дениска и Зоя!
— Вот те и отравилась! — хмыкнул муж тети Вали. — Доигрались, значит.
Новость разлетелась по дачному поселку со скоростью лесного пожара. Через час об этом знали уже все. А к вечеру слух дошел и до днепропетровских родственников.
Телефон Зои Павловны начал разрываться от звонков. Звонила ее сестра, двоюродные братья, племянники. Все задавали один и тот же вопрос: «Зоя, это правда?»
Она сначала отнекивалась, кричала, что это все вранье и клевета, но потом, под напором фактов, которые ей пересказывали звонившие, сломалась.
— Да! — закричала она в трубку сестре. — Да! Высадили! Потому что она симулянтка и истеричка! Она хотела испортить нам жизнь, и я ее проучила!
После этого разговора она швырнула телефон на диван и разрыдалась. Денис сидел рядом, обхватив голову руками. Он чувствовал, как мир рушится. Позор. Вот что их ждало. Всеобщий позор. Они стали героями грязной, уродливой истории, которую теперь будут обсуждать все знакомые.
Он снова взял телефон и набрал номер Алисы. На этот раз трубку сняли.
— Алло! — раздался холодный, незнакомый мужской голос.
— Здравствуйте. А можно Алису? — растерянно спросил Денис.
— Ее нет. А кто это?
— Это ее муж, Денис.
— А-а, муж? — в голосе послышалась насмешка. — Мужу привет. Больше сюда не звоните. Алиса с вами разговаривать не будет. Все вопросы через ее адвоката.
— Какого адвоката? — не понял Денис.
— Моего. То есть ее. Я ее брат и адвокат. И я вам настоятельно не рекомендую больше беспокоить мою сестру. Иначе к статьям «угон» и «оставление в опасности» добавится еще и преследование. Вам это надо?
В трубке раздались короткие гудки. Денис медленно опустил телефон.
— Брат. Адвокат.
Все было кончено. Западня захлопнулась.
Отделение полиции встретило Дениса и Зою Павловну запахом казенной краски, несвежего кофе и человеческой безысходности. Их развели по разным кабинетам. Денису достался молодой следователь с усталыми глазами, который молча указал ему на стул и начал задавать вопросы. Денис отвечал сбивчиво, путался в показаниях. Он пытался выгородить мать, говорил, что это было общее решение, что они не думали, что все так серьезно.
— Не думали? — следователь поднял на него глаза. — Ваша жена находилась в состоянии, опасном для жизни. Это подтверждено медицинским заключением. Вы бросили ее на пустынной трассе без помощи. Как вы думаете, это серьезно?
Денис молчал, опустив голову. Ему было стыдно. Стыдно и страшно. Он впервые в жизни столкнулся с безжалостной машиной правосудия, и она медленно, но верно перемалывала его.
В соседнем кабинете Зоя Павловна вела себя иначе. Она кричала, размахивала руками, обвиняла во всем Алису.
— Это она, провокаторша! — визжала она, обращаясь к пожилому седому следователю. — Она специально все это устроила, чтобы завладеть квартирой!..
Обсуждение закрыто.