— Я в порядке, — уклонилась от прямого ответа Алиса.
— Я рад. Правда, рад. Ты заслуживаешь счастья. Прости меня ещё раз за всё.
Он повесил трубку. Алиса ещё долго сидела с телефоном в руке, глядя в тёмное окно. Рак. Это было страшно. Даже для такого человека, как Зоя Павловна.
Она думала всю ночь. А утром приняла решение. Она поехала в ту коммуналку на окраине города. Дверь ей открыл Денис.
Он выглядел измождённым. В комнате было тесно, пахло лекарствами. На старой железной кровати, укрытая выцветшим одеялом, лежала Зоя Павловна. Она превратилась в тень: исхудавшая, с пергаментной кожей и огромными запавшими глазами.
— Здравствуй, Алиса, — прошептала она. Голос был едва слышен.
— Здравствуйте, Зоя Павловна. — Алиса подошла к кровати.
Они смотрели друг на друга. Взгляд свекрови больше не был злым и властным. В нём были только боль и страх.
— Прости меня, — выдохнула она.
Алиса кивнула.
— Я вас простила.
Она не знала, была ли это правда. Но в тот момент ей показалось, что это единственно правильные слова. Она пробыла там недолго, минут десять. Поговорила с Денисом, спросила, нужна ли помощь. Он покачал головой: «Справляемся».
Когда она вышла на улицу, пошёл первый снег. Крупные пушистые хлопья медленно кружились в воздухе, покрывая серый асфальт белым покрывалом. Алиса подняла лицо к небу и подставила его снежинкам. Она простила их. Не ради них. Ради себя. Чтобы отпустить прошлое и идти дальше.
Она села в свою красную машину, завела мотор и поехала домой. В свою светлую, уютную квартиру, где её никто не ждал. Но где ей было хорошо и спокойно. Она ехала по заснеженному городу, и на душе у неё было легко.
Впервые за долгое время она чувствовала, что война, которую она вела два года, действительно закончилась. Закончилась не приговором суда, а её собственным прощением. Она выиграла. Она отстояла своё право на жизнь, на счастье, на свободу.
И теперь перед ней была новая, чистая, как первый снег, дорога. Дорога в будущее, которую она построит сама.
Обсуждение закрыто.