– продолжил Семен.
Лиза отрицательно покачала головой.
— Она открыла место, где спрятала свои слова и выпустила их снова. А первым словом, которое она сказала, было «Спасибо».
Семен осторожно снял глину с лица Лизы.
— Лиза, твои слова — твои. Они красивые и важные. И не важно, что происходит между твоими родителями. Ты можешь использовать свои слова, когда захочешь.
Лиза посмотрела на Семена, потом на Матвея, потом на свою маму в зале. Очень тихо она прошептала:
— Спасибо.
Вся аудитория взорвалась аплодисментами. Мама Лизы плакала, как и многие присутствующие специалисты. Матвей подошел к Лизе:
— Как приятно слышать твой голос, Лиза. Он очень красивый.
Лиза улыбнулась и немного громче сказала:
— У тебя тоже красивый голос.
Когда демонстрация закончилась, Семена и Матвея окружили врачи, задающие вопросы. Но Семен был больше заинтересован тем, как чувствует себя Лиза.
— Лиза, — спросил он, — как ты сейчас себя чувствуешь?
— Лучше, — ответила она. — Это как будто я проглотила что-то тяжелое, и теперь оно вышло.
Ее мама подошла:
— Семен, как мне… — Лиза не говорила четыре месяца.
— Не за что благодарить. Это Лиза выбрала снова говорить. Я только напомнил ей, что она может.
В последующие месяцы фонд бабы Нади получил сотни приглашений на конференции и демонстрации в больницах по всей стране. Семен и Матвей всегда вместе несли надежду семьям. Через два года после первой встречи в парке Семен стал самым известным юношей в стране в области эмоционального исцеления детей. Писались научные статьи о его методах, снимались документальные фильмы о фонде, и сотни специалистов по здоровью были обучены базовым техникам, которым он научился у бабушки. Но для Семена и Матвея самым важным была не слава. Самым важным было количество писем, которые приходили каждый день от детей, которым они помогли.
— Посмотри на это, — сказал Матвей однажды утром, читая одно из писем. — Оно от девочки из Харькова, которая снова начала ходить после сеанса с одним из врачей, которых мы обучили.
— А это, — Семен взял другое письмо, — от мальчика из Днепра, у которого перестали быть кошмары после того, как он сам применил на себе технику глины, которой его мама научилась у нас.
Андрей вошел в кабинет, где оба читали переписку:
— Ребята, сегодня пришло особое приглашение.
— Откуда? — спросил Матвей.
— Из Министерства здравоохранения. Они хотят официально включить методы бабы Нади в национальную программу детского здоровья.
Семен широко раскрыл глаза.
— Это значит, что все врачи узнают техники бабушки.
— Это значит, что миллионы детей будут иметь доступ к этому типу лечения, — подтвердил Андрей.
Семен и Матвей переглянулись и закричали от радости.
— Баба Надя была бы очень горда, — сказал Семен с блестящими глазами.
Днем, гуляя по саду фонда, Матвей задал вопрос, который уже какое-то время был у него в голове:
