«Да, конечно. Большой дом с черными воротами в Конча-Заспе. Я проходил мимо несколько раз». Андрея снова пробрал озноб. Откуда этот мальчишка столько о них знает? Но он решил не спрашивать.
Он уже начинал жалеть о своем решении, но, взглянув на лицо Анастасии, увидел то, чего не видел очень давно. Это была надежда. «Тогда в понедельник», — подтвердил Андрей. «Но не опаздывай. И приди чистым».
Кирилл кивнул и, не говоря больше ни слова, побежал через парк, и его босые ноги оставляли мокрые следы на асфальте. «Ты ему веришь, пап?» — спросила Анастасия, когда Андрей начал толкать ее кресло обратно к их надежному внедорожнику. «Я уже не знаю, во что верить, дочка», — честно ответил он.
«Но если есть хоть один шанс, пусть даже самый крошечный, что ты снова будешь ходить, я за него ухвачусь». Анастасия молчала всю оставшуюся дорогу. Андрей видел ее отражение в окне машины, и впервые за долгое время она улыбалась.
В ту ночь Андрей не мог уснуть. Он сидел в гостиной, пил крепкий чай и думал о безумии, на которое согласился. Как он объяснит это Нине, домработнице? Как он оправдается перед врачами? И, что самое важное, что он будет делать, если это не сработает и Анастасия разочаруется еще больше?
Он взял телефон и позвонил Елене, психологу, которая занималась с Анастасией уже больше года. «Андрей, сейчас два часа ночи», — ее голос был сонным. «Прости, что разбудил, Елена, но мне нужно поговорить о том, что сегодня произошло».
Он рассказал ей о встрече в парке, о Кирилле и его странном предложении. Он ожидал, что Елена отругает его, скажет, что это опасно, что он поступает безответственно, но ее ответ его удивил. «Знаешь что, Андрей, это может быть именно то, что нужно Анастасии».
«То есть? Ты думаешь, уличный мальчишка сможет сделать то, чего не смогли сделать ты и все остальные профессионалы?» «Дело не в том, что он сможет, а в том, что она захочет попробовать. Анастасия месяцами не проявляла ни к чему интереса».
«Если этот мальчик что-то в ней пробудил, это уже прогресс». «А если не получится?» «А если получится?» — возразила Елена. «Послушай, я не говорю, чтобы ты строил нереалистичные ожидания. Но, судя по твоему рассказу, Анастасия сама попросила дать ему шанс».
«Это огромный шаг, Андрей. Она принимает решение, выражает желание. Это то, чего я пыталась добиться месяцами». Андрей повесил трубку, чувствуя себя немного лучше, но все еще нервничал. Он поднялся по лестнице в комнату Анастасии и заглянул в приоткрытую дверь.
Она спала, и впервые за долгое время казалась умиротворенной. В воскресенье в доме царил переполох. Нина, домработница, работавшая в семье уже 15 лет, чуть не лишилась чувств, когда Андрей объяснил, что к Анастасии придет уличный мальчишка.
«Андрей Сергеевич, при всем уважении, вы с ума сошли!» — сказала она, уперев руки в бока, и ее лицо выражало полное неодобрение. «Я знаю, как это выглядит, Нина, но Анастасия этого хочет. Девочка не знает, чего хочет. Ей 11 лет, и она переживает ужасную травму».
«Вы здесь взрослый». «Я знаю. Поэтому я буду присутствовать все время. И ты тоже, если захочешь». Нина фыркнула, но Андрей знал эту женщину. Она оберегала Анастасию как вторая мать. С тех пор, как ушла Александра, мать Анастасии, Нина стала играть еще более важную роль в жизни девочки.
«Хорошо. Но при малейшем признаке опасности я сама вышвырну этого мальчишку», — предупредила она. В понедельник Андрей отменил все свои встречи. Он был партнером в финансово-консалтинговой фирме, которую он построил с нуля и которая теперь обеспечивала ему комфортную жизнь.
Но после аварии он все больше и больше делегировал полномочия, проводя меньше времени в офисе и больше — в попытках найти решение для Анастасии. Три часа дня пришли и прошли. Три часа пятнадцать минут, три часа тридцать минут.
Андрей уже начал думать, что Кирилл не появится, что все это было одним большим недоразумением, когда раздался звонок в ворота. Нина пошла открывать и вернулась с еще более неодобрительным выражением лица. «Там мальчик. Но, Андрей Сергеевич, он все еще очень грязный».
Андрей пошел к двери. Кирилл стоял там, но было видно, что мальчик пытался привести себя в порядок. Его волосы были мокрыми, словно он окунул голову в какой-то парковый фонтан, чтобы умыться. Рубашка все еще была в пятнах, но выглядела чище, чем в субботу.
Он по-прежнему был босиком. «Здравствуйте», — просто сказал Кирилл. «Проходи». Андрей посторонился. Кирилл вошел в дом нерешительными шагами, его глаза осматривали все вокруг. Было очевидно, что он никогда не был в подобном месте.
Дом Андрея в Конча-Заспе был просторным, с высокими потолками, мебелью из темного дерева и хрустальными люстрами — все разительно отличалось от мира, в котором жил этот мальчик. «Анастасия в гостиной», — Андрей указал дорогу. Они нашли девочку там же, где Андрей ее оставил, у окна с видом на сад.
На ней была светло-розовая блузка и джинсы. Ее светлые волосы были собраны в хвост. «Привет, Кирилл», — сказала она, увидев его. «Привет, Анастасия», — ответил он. И Андрей заметил, что вся нерешительность мальчика исчезла.
Здесь, перед ней, Кирилл казался уверенным. «Итак, — начал Кирилл, подойдя ближе, — ты раньше танцевала». Анастасия замялась, ее пальцы теребили рукав блузки. «Я занималась балетом с пяти лет». «И у тебя хорошо получалось?»
«Мама считала, что да». Последовавшее молчание было тяжелым. Андрей почувствовал знакомое давление в груди. Александра обожала смотреть, как танцует Анастасия. Она никогда не пропускала ни одного выступления, всегда сидела в первом ряду, все снимала.
И именно возвращаясь с одного из таких выступлений, они и попали в аварию. «А ты сама считала, что у тебя хорошо получалось?» — спросил Кирилл. «Мне нравилось». «Это важнее, чем хорошо получаться». «Гораздо важнее», — согласился Кирилл.
Он сел на пол перед креслом Анастасии, скрестив ноги. Нина, наблюдавшая из дверного проема, сделала движение, чтобы возразить, потому что мальчик испачкает ковер, но Андрей остановил ее жестом. «Можно я тебе кое-что расскажу?» — спросил Кирилл.
«Конечно». «Моей сестре Даше было семь лет, когда она перестала ходить. Врачи сказали, что с ней все в порядке, как и с тобой, но она просто больше не могла двигать ногами». «А почему она перестала?» — спросила Анастасия, слегка наклонившись вперед.
«Из-за нашей мамы. Она ушла. В один день она была, а на следующий исчезла. Не оставила записки, ничего не сказала, просто ушла». «Куда?» «Мы не знаем. Папа искал, но так и не нашел».
«А Даша, она была совсем маленькой, она не понимала. Она каждый день ждала, что мама вернется, а когда поняла, что она не вернется, перестала ходить». Андрей почувствовал, как что-то шевельнулось внутри него. Эта история была другой, но травма была похожей.
Александра не выбирала уйти. Она была в машине с Анастасией, возвращаясь с балетного выступления. Грузовик потерял управление под дождем. Александра не выжила. Анастасия отделалась без серьезных физических травм, но что-то внутри нее сломалось в тот день.
«Как ты ей помог?» — спросила Анастасия почти шепотом. «Я понял, что она не хотела ходить, потому что ходить означало идти дальше, а она не хотела идти дальше без мамы. Тогда я начал учить ее танцевать, но танцевать сидя, так, чтобы ноги были не нужны».
«И это сработало. Не сразу. Она даже не хотела пробовать. Но я настаивал. Каждый день я включал музыку и танцевал перед ней, только руками, кистями, головой. И понемногу она начала повторять за мной. И потом она снова пошла».
Кирилл на мгновение замолчал, его взгляд был устремлен в никуда. «А она пошла. Но это было не быстро. И не потому, что я сотворил чудо, а потому, что она нашла способ двигаться, который не причинял столько боли. А когда движение вернулось в руки, плечи, шею, за ними последовали и ноги, потому что все тело связано».
«Нельзя отделить одну боль от другой». Андрей прислонился к стене, наблюдая за всем этим. В этом мальчике было что-то одновременно юное и до абсурда зрелое, словно уличная жизнь научила его вещам, которым не научит ни одна школа. «Хочешь попробовать?» — спросил Кирилл у Анастасии.
«Не знаю», — призналась она. «А если не получится?» «А если получится?»
Обсуждение закрыто.