— Громов сглотнул. — Он написал, что все случилось быстро. Не знаю, правда ли это. Алексей чувствовал, как слезы текут по щекам.
Он не пытался их остановить. Марина. Сестренка. Она поверила незнакомому человеку, потому что мечтала о лучшей жизни. И за это поплатилась в лесу. — Мне жаль, — сказал Громов. — Я знаю, это ничего не меняет.
Но мне действительно жаль. Алексей молчал. Что тут скажешь? — Куда теперь? — спросил он наконец. — Я отвезу вас домой. А утром поеду к Козловой и дам показания.
Вы можете поехать со мной, как свидетель того, что я признался добровольно. Это важно для суда. — А ваш отец? Громов помедлил. — Честно, я боюсь, что он может что-то сделать. С собой или…
Не знаю. Он понял, что все кончено. Непредсказуемый человек. — Может, нужно… Алексей не успел договорить. Телефон Громова зазвонил. Он взглянул на экран и побледнел.
— Елена! — сказал он и принял вызов. — Да? Что? Когда? Где Маша? Хорошо. Не двигайся. Я еду. Он бросил телефон и завел двигатель. — Что случилось? — спросил Алексей. — Отец.
Он приехал к нам домой. Забрал Машу, мою дочь. Сказал Елене, что хочет проехаться с внучкой. Это было час назад. С тех пор телефон не отвечает. Машина рванула с места.
Они летели по ночным улицам Верхнереченска. Громов гнал, не обращая внимания на светофоры и знаки. Его руки на руле побелели от напряжения. — Куда он мог ее повезти? — спросил Алексей. — Не знаю. На кладбище, может быть.
Или в контору. Там крематорий. Или… Громов не договорил, но Алексей понял. — Или в лес. Туда, где он расправлялся со своими жертвами. — Звони еще раз.
Громов нажал кнопку на руле. Машина набрала номер через громкую связь. Длинные гудки. Никто не отвечал. — Черт! — Громов ударил по рулю. — Черт, черт, черт! — Позвони на кладбище.
Есть там кто-то ночью? — Сторож. Старик Михалыч. Громов набрал другой номер. После нескольких гудков ответил хриплый голос: — Алло? — Михалыч, это Громов. Игорь.
Отец не приезжал? — Геннадий Васильевич? Нет, не было. А что случилось? — Если приедет, позвони мне сразу. Срочно. — Хорошо, хорошо.
Громов сбросил вызов. — Не там. Значит, контора или… Телефон Алексея завибрировал. Незнакомый номер. Он поднял трубку. — Морозов? — Голос был старческий, но твердый.
— Это Геннадий Громов. Алексей почувствовал, как по спине пробежал холод. — Я знаю, что вы с моим сыном. Передайте ему трубку. — Откуда вы… — Передайте трубку, или девочка пострадает. Алексей молча протянул телефон Громову.
Тот взял, не отрывая взгляда от дороги. — Отец. — Игорек. — Голос в динамике звучал почти ласково. — Ты меня разочаровал. Собрался сдать родного отца. После всего, что я для тебя сделал.
— Где Маша? — Со мной. Не волнуйся. С ней всё хорошо. Пока. — Отец, послушай… — Нет, это ты послушай.
Я знаю, что всё кончено. Я не дурак. Но уходить собираюсь на своих условиях. Не в наручниках, не под конвоем. Понимаешь? — Отпусти Машу. Она ни при чём.
Она моя внучка, моя кровь. Она поедет со мной. — Куда?
