Через пару дней он найдет тело жены в лесу, разыграет горе, получит соболезнования. А потом — долгожданную свободу и деньги. Он даже не подозревал, что Кира жива. Что она находится в надежных руках. И что ему скоро придется ответить за всё, что он сделал.
Кира открыла глаза и не сразу поняла, где находится. Белый потолок, запах антисептика, тихое попискивание медицинского оборудования. Она попыталась пошевелиться и почувствовала, как в руке тянет игла капельницы. Память вернулась резким болезненным ударом. Ресторан, Павел, яд, лесополоса, черный внедорожник. Гордей.
— Не двигайтесь резко, — раздался спокойный женский голос. Анфиса Савицкая сидела в кресле у окна с медицинской картой в руках. — Вы еще слабы. Прошло два дня с момента отравления.
— Два дня? — Кира с трудом приподнялась на локтях. — Я… Я жива?
— Живы. И будете жить. Яд выведен из организма, но вашему телу нужно время на восстановление.
Дверь палаты открылась, и вошел Гордей с подносом, на котором стояли чашка чая и тарелка с легким супом.
— Доброе утро, — сказал он, ставя поднос на прикроватный столик. — Как вы себя чувствуете?
— Как человек, которого пытались убить? — Кира попыталась улыбнуться, но губы дрожали. — Спасибо вам. Если бы не вы…
— Не надо, — Гордей присел на стул рядом с кроватью. — Я просто оказался в нужном месте в нужное время. Но теперь нам нужно поговорить. Вы готовы?
Кира кивнула. Анфиса подошла, помогла ей сесть поудобнее, подложила подушки под спину.
— Расскажите всё с самого начала, — попросил Гордей. — Мне нужно понять, что произошло.
Кира глубоко вдохнула и начала рассказывать. О том, как Павел пригласил ее в ресторан, как она почувствовала себя плохо, как он повез ее якобы в больницу, а вместо этого свернул в лесополосу. Как он признался, что отравил ее и выбросил из машины умирать. Голос ее дрожал, слезы текли по щекам, но она рассказывала, не останавливаясь.
— Он сказал, что устал быть приложением к моей жизни, — закончила она. — Что я дала ему всё, кроме права распоряжаться этим. Я не понимала, что он так меня ненавидит.
Гордей слушал молча, его лицо становилось всё мрачнее. Когда Кира замолчала, он достал телефон и показал ей фотографию молодой девушки с темными волосами и большими глазами.
— Вы знаете эту женщину?
Кира вгляделась в экран и покачала головой.
— Никогда ее не видела. Кто это?
— Ольга Черкасова, 22 года. Работает продавцом в торговом центре. И, судя по информации, которую мне удалось получить, она любовница вашего мужа последние три месяца.
Кира застыла. Любовница. Конечно. Всё становилось на свои места. Павел не просто хотел избавиться от нее, он хотел начать новую жизнь с другой женщиной. Молодой, наивной, которая не будет контролировать его каждый шаг.
— У меня есть их переписка, — продолжал Гордей. — Мой человек получил доступ к его облачному хранилищу. Павел обещал Ольге квартиру, собственный бизнес — кофейню, если быть точным, и совместную жизнь, как только решит вопрос с женой. В последнем сообщении, отправленном вчера вечером, он написал: «Скоро всё будет решено. Мы начнем новую жизнь».
Кира закрыла лицо руками. Боль от предательства была почти физической, острее, чем боль от яда.
— Есть еще кое-что, — Гордей достал папку с документами. — Павел по уши в долгах. Микрокредиты на общую сумму 520 тысяч. Ставки на спорт. Коллекторы звонят ему по десять раз на дню. Он банкрот, Кира. И единственный способ выбраться из этой ямы для него — получить ваше наследство.
— Завещание, — прошептала Кира. — Я составила его год назад. Павел — единственный наследник. Господи, я сама подписала себе смертный приговор.
— Нет, — твердо сказал Гордей. — Вы доверяли человеку, за которого вышли замуж. Это нормально. А он оказался подонком. Но у нас есть шанс привлечь его к ответственности. Если вы готовы.
Кира подняла голову и посмотрела ему в глаза.
— Я готова. Что нужно делать?
— Во-первых, разорвать с ним все связи. Развод. Немедленно. Во-вторых, обратиться к следователю. У меня есть знакомая в Следственном комитете, Дарья Салтыкова. Она специализируется на подобных делах. Честная, принципиальная. Ей можно доверять.
— Но если мы обратимся к следователю, Павел узнает, что я жива, — Кира нахмурилась. — Он может скрыться.
— Поэтому мы будем действовать осторожно, поочередно. Сначала соберем все доказательства, а потом ударим. Неожиданно и точно, чтобы он не успел ничего предпринять.
Анфиса подошла к ним.
— Я сохранила все анализы крови Киры. Зафиксирован факт отравления тиофосфатным соединением. Это неопровержимое доказательство. Плюс мое заключение как врача-токсиколога с сорокалетним стажем.
— Отлично, — Гордей делал пометки в блокноте. — Дальше. Нужно поднять записи камер наблюдения из ресторана. Возможно, там зафиксирован момент, когда Павел подсыпал яд в ваш бокал…
Обсуждение закрыто.