Юноше нестерпимо хотелось выкрикнуть вопрос о том, для чего они сдались ему на данном этапе жизни. Однако Богдан лишь молча сверлил их ледяным взглядом, физически ощущая, как внутри закипает чистое презрение.
Парень холодно бросил, что им не стоило приходить, добавив, что их появление безнадежно запоздало на пару десятков лет. Когда Богдан попытался захлопнуть створку, незваный гость поспешно заблокировал ее рукой.
Мужчина начал торопливо перечислять свои беды: огромные банковские задолженности, рабский труд супруги, собственное увольнение и невозможность трудоустроиться. В конце своего монолога он без стеснения попросил отсыпать им немного тысяч, аргументируя это тем, что состоятельный сын от такой мелочи точно не обеднеет.
Разработчика накрыла мощная волна негодования от услышанного бреда. Для него было бы честью пожертвовать огромные суммы абсолютно посторонним беднякам, нежели проспонсировать этих циничных персон.
От возмущения он на несколько мгновений забыл, как дышать. Хозяин квартиры просто гипнотизировал их взглядом, поражаясь бескрайним масштабам человеческого бесстыдства.
Ослепленный яростью от подобной дерзости, Богдан саркастично поинтересовался, не желают ли они в придачу получить ключи от элитной недвижимости и новенького авто. Совершенно посторонняя для него дама возмущенно взвизгнула, напомнив о том, что именно они подарили ему возможность появиться на этот свет.
В ту же секунду юноша окончательно утвердился в мысли, что это словосочетание «мама» никогда не будет применено к этой особе. Она имела наглость стоять на его коврике и изрыгать токсичные упреки.
Разработчик резко отрезал, что никого не умолял приводить его в этот жестокий мир. Продолжать дискуссию с этими абсолютно морально обнищавшими субъектами было бессмысленно.
С силой захлопнув перед их носами стальную дверь, молодой человек замер в коридоре, невидящим взором уставившись в пол. Незваные гости еще некоторое время колотили кулаками и жали на звонок, пока парень спешно ретировался в спальню, нацепил массивные наушники и выкрутил громкость треков на максимум.
В своих ранних фантазиях он рисовал картину, где раскаявшиеся создатели на коленях вымаливают прощение за свою фатальную ошибку. При таком сценарии он, вероятно, нашел бы в себе силы отпустить былые обиды.
Однако эти двое явились к нему с протянутой рукой, превратив просьбу в наглое вымогательство купюр, даже не попытавшись сымитировать раскаяние. Подобный уровень цинизма категорически отказывался укладываться в его рациональном уме.
Однако, переключив свое внимание на переписку с любимой девушкой, Богдан понемногу успокоил расшатанные нервы. Его избранница Соломия была его надежной опорой еще со времен проживания в интернате.
Эта хрупкая особа безоговорочно верила в каждый его амбициозный проект. Ради своей музы и гениального преподавателя программирования парень был готов свернуть горы…
