Мы медленно, тяжело ступая по сугробам, двинулись по заснеженной тропинке, окруженной голыми, черными стволами деревьев, которые зловеще и протяжно скрипели на ураганном ветру. Эта сюрреалистичная, отдающая безумием прогулка с первых же проведенных вместе минут уверенно и безоговорочно заняла почетное первое место в моем личном рейтинге самых странных свиданий. Казалось, будто мы принимаем непосредственное участие в каком-то жестоком, бессмысленном телевизионном шоу на выживание в максимально экстремальных, непригодных для жизни условиях.
Решив все же поддержать видимость непринужденной, светской беседы, я вежливо поинтересовалась его личными впечатлениями от текущих, невыносимых погодных условий. Я изо всех сил постаралась придать своему приглушенному, искаженному шарфом голосу максимально расслабленный, заинтересованный и даже немного восторженный, радостный тон. Мой спутник, ежесекундно прилагая титанические, нечеловеческие усилия для того, чтобы просто продолжать дышать, едва слышно выдавил из себя короткую фразу о том, что погода весьма бодрит.
Наблюдать за его стремительно ухудшающимся физическим состоянием было одновременно невероятно комично и, признаться честно, даже немного пугающе для моей эмпатичной натуры. Лицевые мышцы Валерия уже практически перестали подчиняться приказам его замерзающего мозга, превратив некогда симпатичное лицо в застывшую, невыразительную маску глубокого страдания. Единственной подвижной, живой частью этой ледяной скульптуры оставались его стремительно синеющие, бесконечно трясущиеся губы, которые изо всех сил силились произносить членораздельные слова.
Несмотря на очевидную, бросающуюся в глаза агонию, он упрямо, с ослиным упорством продолжал гнуть свою нелепую философию преодоления жизненных трудностей. Сдавленным, сипящим шепотом мужчина прохрипел, что искренне, всем сердцем любит суровую зиму именно за ее беспощадность и отсутствие компромиссов. По его глубокому, непоколебимому убеждению, только такие экстремальные, бесчеловечные морозы способны по-настоящему, без фальши проверить людей на внутреннюю прочность и стойкость характера.
Я миролюбиво, не желая вступать в открытый спор, кивнула своей огромной меховой головой, выражая полное и безоговорочное, хотя и притворное, согласие с этим сомнительным тезисом. Однако мне не терпелось поскорее вернуться к самой интригующей, центральной теме наших виртуальных дискуссий, которая, собственно, и привела нас в этот кромешный ледяной ад. Я плавно, словно невзначай, перевела разговор обратно к феномену женской меркантильности, вежливо попросив его развить свою гениальную мысль о коварных, расчетливых содержанках.
С искренним, неподдельным любопытством в глазах я попросила его максимально детально и аргументированно обосновать ту самую радикальную, женоненавистническую теорию. Мне очень хотелось услышать четкую, стройную аргументацию того, почему покупка обычного, недорогого горячего кофе безоговорочно считается главным признаком неисправимой женской продажности. Я внимательно, не моргая, посмотрела на него, ожидая развернутого, глубоко философского и всеобъемлющего ответа на этот животрепещущий, волнующий меня вопрос.
Сам процесс говорения в данный момент явно доставлял ему невыносимые, почти физические страдания, балансирующие на тонкой грани с изощренной средневековой пыткой. Каждый судорожный вдох ледяного, колючего воздуха безжалостно обжигал его незащищенное, воспаленное горло, словно он делал огромный глоток обжигающего жидкого азота. Однако его непоколебимые, впитанные с годами жизненные убеждения властно и безапелляционно требовали принести эту болезненную жертву на алтарь поиска абсолютной истины.
Превозмогая крупную дрожь во всем своем слабеющем теле, он медленно начал сбивчиво излагать фундаментальные основы своего уникального, аскетичного мировоззрения. Его срывающийся, неприятно дребезжащий голос вещал о том, что настоящие, чистые романтические отношения должны базироваться исключительно на искреннем, бескорыстном взаимном интересе двух душ. Он с нажимом подчеркнул, что этот возвышенный интерес категорически, ни при каких обстоятельствах не должен распространяться на толщину банковского счета или кошелька партнера.
Валерий тяжело продолжал развивать свою мысль, все сильнее, судорожнее кутаясь в тонкие, абсолютно бесполезные полы своего модного демисезонного пальто. По его железной логике, если девушка не способна просто, без лишних претензий насладиться пешей прогулкой по морозу, а сразу требует привести ее к кормушке, выводы абсолютно очевидны. Такая меркантильная особа, в его строгой системе координат, автоматически и навсегда клеймится позорным, несмываемым статусом бездушной, жадной потребительницы чужих ресурсов.
Внимательно выслушав этот абсурдный манифест патологической скупости, я аккуратно, не спеша поправила сползающий на глаза капюшон своего необъятного горнолыжного скафандра. Я решила внести хотя бы одну маленькую каплю здравого, холодного смысла в его стройную, но совершенно оторванную от объективной реальности экономическую теорию. С невинным, ничего не подозревающим видом я робко уточнила, как быть в том случае, если женщина просто-напросто не горит желанием заработать тяжелейшее воспаление легких.
Мой вполне рациональный, обоснованный довод мгновенно разбился о глухую, непробиваемую стену его непоколебимой, фанатичной упертости и веры в собственную правоту. Он раздраженно, с нотками агрессии отрезал, что подобные жалкие аргументы являются лишь дешевыми отговорками для слабых духом и телом людей. Сразу после произнесения этой пафосной, героической фразы непризнанный мыслитель не выдержал и невероятно громко, совершенно неэстетично шмыгнул своим замерзшим, фиолетовым носом…
