Но Катя была готова. Она прошла через колонию, через унижение, через отчаяние. Теперь у неё были доказательства, свидетели, поддержка честных людей. Отец не зря отдал жизнь за правду. Его убийцы ответят за всё.
Зал суда был полон. Журналисты, соседи из деревни, бывшие ученики отца — все пришли посмотреть на финал этой истории. Катя сидела в первом ряду, сжимая в руках отцовское письмо. Рядом с ней — детектив Кольцов и нотариус Семён Игоревич, которые стали её единственными союзниками.
Тамару Фёдоровну ввели в клетку для подсудимых. За месяц следствия она постарела на десять лет. Волосы совсем поседели, лицо осунулось, руки дрожали. Дорогая дублёнка сменилась на тюремную робу. Рядом с ней сидели Андрей и директор фонда Людмила Борисовна. Все трое избегали смотреть в зал.
Адвокат Тамары Фёдоровны пытался выпросить снисхождение:
— Подзащитная глубоко раскаивается в содеянном, она готова возместить весь ущерб, вернуть украденные деньги. Просим учесть её преклонный возраст и состояние здоровья.
Но судья слушал невозмутимо. Доказательства были слишком убедительными.
Следователь Рыбаков зачитывал материалы дела: убийство, хищение в особо крупном размере, фальсификация доказательств, мошенничество. Каждое обвинение звучало как приговор. В зале стояла мёртвая тишина. Люди слушали, как разворачивалась вся правда о преступлениях, которые долгие годы оставались безнаказанными.
Свидетели выступали один за другим. Бездомный, которого использовали как подставное лицо, плакал на трибуне:
— Простите меня, я не знал, что на такое пойдут. Думал, просто карту оформлю за деньги, а тут убийство получилось.
Его показания были ключевыми. Именно он опознал Тамару Фёдоровну как женщину, которая заставила его участвовать в афере.
Соседка Зинаида Петровна дрожащим голосом рассказывала, как видела Тамару Фёдоровну в день смерти учителя.
— Боялась я говорить, но совесть не даёт покоя, — плакала женщина, вспоминая, как отворачивалась от учителя, когда он просил о помощи.
Людмила Борисовна, директор фонда, признавалась во всём подробно. Рассказывала, как они с Тамарой Фёдоровной планировали кражу, как выбрали Катю в качестве жертвы, как делили украденные деньги.
— Тамара говорила, что Катька молодая, отсидит и забудет, а мы будем жить спокойно на эти деньги, — говорила она сквозь слёзы.
Андрей сидел в своей клетке, опустив голову. Когда зачитывали его переписку с матерью, он не поднимал глаз. Каждое слово обличало его в соучастии в убийстве тестя.
Наконец подсудимым дали последнее слово. Тамара Фёдоровна встала, хватаясь за решётку дрожащими руками:
— Я не хотела его убивать, он сам виноват, лез куда не надо. Старый дурак, мог бы жить спокойно. — Потом повернулась к Кате: — Катя, прости меня, я не думала, что так получится. Просто хотела денег на старость.
Катя сидела в зале и смотрела на свекровь холодно, без всякого сочувствия. Эта женщина убила её отца, украла пять лет жизни, разрушила семью. Никакие мольбы о прощении не могли искупить такие грехи.
— Поздно просить прощения, — сказала Катя тихо, но все в зале услышали.
Андрей бормотал что-то невнятное:
Обсуждение закрыто.