— А что с ней станется? Ждет меня, — соврала Шура, не желая расстраивать девочку печальной судьбой собачонки. — Я ей обещала, что когда-нибудь мы от этой стаи уйдем. Туда, где не надо за каждый кусок драться и где никто не укусит за то, что ты просто есть на свете, — мечтательно проговорила девушка.
Около полуночи дверь в детскую едва слышно скрипнула. В полоске света из коридора возник высокий силуэт Кирилла Борисовича. Задремавшая было Шура очнулась. Она видела, как мужчина замер у порога, боясь сделать неверный шаг.
— Как она? — полушепотом спросил он, подходя к кровати.
— Нормально, — так же тихо ответила Шура. — Она все время спрашивала, скоро ли папа придет.
Кирилл Борисович осторожно поправил край одеяла.
— Пойдем поговорим, — едва слышно произнес хозяин дома и вышел.
Шура последовала за ним в гостиную, где уже ждала Галина Васильевна. Та негромко заговорила:
— Кирилл Борисович, я Сашеньке дала кое-что из вещей вашей покойной супруги, из того, что в дальнем шкафу в коробках лежало. Вы не против? Просто ее одежда совсем никуда не годилась, сами понимаете.
Мужчина посмотрел на гостью, и Шура почувствовала себя неловко, словно она надела чужую жизнь, которая ей не по размеру. Но Кирилл Борисович лишь устало, как-то безжизненно махнул рукой:
— Пусть носит, не лежать же им в этих коробках, столько уже времени прошло. Я запросил в агентствах новую сиделку, но пока вариантов нет: праздники скоро, никто не хочет выходить.
— Я могу с Лиской посидеть, — неожиданно для себя расхрабрилась девушка. Осознание, что другого такого шанса не будет, пришло внезапно и толкнуло ее на этот поступок.
Богач перевел взгляд на Шуру — холодный, оценивающий.
— А домой вам не надо, разве?
— Нет, не надо, — отрицательно помотала головой девушка.
— Хотя бы предупредить своих родных? — удивленно и несколько настороженно спросил Кирилл Борисович. — У вас же, кажется, нет телефона. Скажите номер, я наберу, объясню, где вы и почему задержались, а то, небось, с ума там сходят, ищут вас.
Шура при этих словах заметно вздрогнула.
— Пожалуйста, не надо им звонить, — голос ее стал сухим и ломким. — Родителей у меня нет, я жила в семье тети, папиной сестры. Там бабуля, дядина мать, заправляет. Она, если узнает, где я и у кого, она обязательно что-нибудь нехорошее придумает. Она хитрая. Пусть лучше думают, что я у подруги заночевала. Не надо им знать этот адрес.
Владелец дома и домработница невольно переглянулись. Однако Кирилл Борисович не стал давить на гостью и подытожил:
Обсуждение закрыто.