Я пришел в себя, обнаружив, что намертво привязан к толстому стволу дерева. Жесткие веревки настолько глубоко впивались в мое избитое тело, что было совершенно невозможно пошевелиться или сделать глубокий вдох. Украинские браконьеры жестоко избили меня, лесничего Николая, и бросили в этой глухой лесной чаще мучительно умирать. Это была их безжалостная месть за мои долгие годы непреклонной борьбы с их нелегальным кровавым промыслом.
Однако мое безнадежное положение оказалось далеко не самым пугающим обстоятельством того ужасного дня. Всего в нескольких шагах от меня стоял массивный бурый медведь, чьи пронзительные янтарные глаза смотрели прямо на меня. Лесной воздух внезапно застыл в пугающей, совершенно зловещей и напряженной тишине. Внезапно дикий зверь поднялся на задние лапы, возвышаясь надо мной огромной трехметровой горой.
Его гигантская когтистая лапа с пугающей скоростью взметнулась высоко вверх. Крепко зажмурившись, я мысленно попрощался с жизнью, ожидая неминуемого смертельного удара. Раздался глухой хлопок, но вместо острых, как бритва, когтей я почувствовал лишь резкий толчок рядом со своим плечом. Сокрушительный удар хищника пришелся точно по толстой веревке, туго обмотанной вокруг древесного ствола.
Лесной гигант замахнулся снова, и еще один тяжелый удар обрушился на стягивающие меня путы. Огромный и опасный хищник целился совершенно не в меня, а в мои оковы. В голове вспыхнула невероятная, почти безумная мысль о том, что это животное искренне пытается меня освободить. Зверь грузно опустился на все четыре лапы и подошел ко мне вплотную.
Его массивная морда оказалась в считанных сантиметрах от моего избитого лица. Он внимательно обнюхал меня с тихим, утробным урчанием, затем крепко вцепился зубами в толстый канат и потянул изо всех сил. Веревка сильно натянулась до предела, но так и не поддалась усилиям медведя. Волокна были насквозь мокрыми от ночной карпатской росы и затянуты браконьерами практически намертво…
