Оксана сидела в маленьком уютном кафе на Центральной улице, которое открылось всего неделю назад. Вернее, не просто сидела — она была его владелицей. Кафе называлось «Четверг»: простое, теплое название, без претензий, двадцать столиков, витрина с домашней выпечкой, запах свежего кофе и корицы.
Именно такое заведение Оксана мечтала открыть последние лет пять, но все откладывала, боялась рискнуть, оставить стабильную работу бухгалтера. А теперь кафе существовало. Она купила его три дня назад, сразу после того, как открыла новый счет и перевела туда деньги.
Предыдущий владелец срочно продавал бизнес, переезжая в другой город. Оксана даже не торговалась особо: взяла с небольшой скидкой и оформила все документы за два дня. Помогла подруга Света, у которой муж работал юристом.
Сейчас Света как раз сидела напротив, помешивая ложечкой капучино и с любопытством разглядывая Оксану. «Ну так что?» — спросила она наконец. «Ты вызвала меня сюда, сказала, что есть важное дело, я уже вся изнываю от любопытства — что случилось?»
Оксана улыбнулась, отпивая кофе. За окном моросил мелкий дождь, редкие прохожие спешили под зонтиками. В кафе было тепло, спокойно и пахло свежеиспеченным шоколадным кексом.
«Игорь устроил мне сцену», — начала Оксана. «Забрал мою карту и заявил, что отныне он берет все финансы под свой контроль. Сказал, что я буду спрашивать у него разрешения на любые траты, как полагается в нормальной семье».
Света поперхнулась кофе. «Что, он это серьезно?» — она вытаращила глаза. «Оксан, но ты же зарабатываешь в два раза больше: ты оплачиваешь квартиру, продукты, вообще все».
«Знаю», — спокойно кивнула Оксана. «Но ему, видимо, это не важно: важно показать, кто главный мужчина в доме, вернуть себе контроль». «И что ты сделала?» — Света придвинулась ближе, глаза горели интересом.
«Улыбнулась и ушла спать в гостевую комнату», — Оксана отломила кусочек круассана. «А сегодня утром он поехал в супермаркет с моей картой, которую забрал. Думал, что теперь распоряжается всеми нашими деньгами».
«И что случилось?» — Света уже догадывалась, но хотела услышать подтверждение. «Он уже звонил мне минут двадцать назад», — Оксана усмехнулась. «Орал в трубку, что карта не работает, что на кассе отказ, что он выглядит как идиот перед всем супермаркетом».
«Почему не работает?» «Потому что на той карте пятнадцать тысяч, всего пятнадцать, а остальные деньги я перевела на новый счет». Света открыла рот, потом закрыла, потом снова открыла и наконец выдавила: «Ты… ты гений!»
«То есть он думал, что забирает контроль над всеми деньгами, а на самом деле…» «А на самом деле забрал пустую карту», — закончила Оксана. «Да, представляешь его лицо, когда терминал выдал недостаточно средств».
Света вдруг расхохоталась громко, от души, так что несколько посетителей за соседними столиками обернулись. «Прости, прости», — Света вытерла выступившие слезы. «Но это идеально, Оксан, он же, наверное, сейчас умирает от злости».
«Наверное», — согласилась Оксана, но улыбка сползла с ее лица. «Только мне не смешно, Свет, понимаешь, мне грустно. Шестнадцать лет вместе, а в итоге вот это: война, холод, взаимные удары».
Света перестала смеяться, протянула руку через стол и накрыла ладонь Оксаны своей. «Оксан, а ты уверена, что хочешь продолжать этот брак, ну вот честно?» Оксана медленно покачала головой: «Нет, не хочу».
«Наверное, не хочу уже давно, просто боялась себе признаться. Мы с Игорем стали чужими людьми: он меня не слышит, я его не понимаю. Он обижен на весь мир и на меня в частности за то, что у меня получилось лучше, чем у него, а я устала оправдываться за свой успех».
«Тогда зачем терпеть?»
