На столе лежало решение суда о разводе. Рядом – постановление о возбуждении уголовного дела против Галины Петровны за незаконное получение медицинских данных. Ещё дальше – выписка из банка о возврате 120 тысяч на её счёт.
Марина работала удалённо. Нашла работу через интернет, пока Мишенька спал. Денег хватало на аренду и еду.
Не хватало на многое другое, но это было неважно. Впервые за два года она смеялась в голос, когда сын делал что-то смешное. Впервые за два года она засыпала без страха.
Костя пришёл на встречу по поводу графика общения с сыном в начале декабря. Марина открыла дверь и не сразу его узнала. Он похудел, под глазами залегли тёмные круги, и он был один, без матери.
«Можно войти?» – спросил он. Марина посторонилась, пропуская его в квартиру. Мишенька сидел на ковре и играл с резиновым жирафом.
Увидев отца, он не потянулся к нему, просто посмотрел и вернулся к своему занятию. «Я начал терапию», – сказал Костя, садясь на край дивана. «Два раза в неделю.
Психолог говорит, что это надолго. Может, на годы». Марина молчала, она ждала продолжения.
«Мама со мной не разговаривает», – добавил он. «С того дня, как я сказал ей, что буду ходить к психологу, она считает, что я предал её, что выбрал твою сторону». «А ты выбрал?» – спросила Марина.
Костя долго молчал, потом покачал головой. «Я не знаю. Я пытаюсь понять, кто я вообще такой без неё.
Это сложно». Марина кивнула. Она понимала.
Она сама прошла через это три года назад, в том городе, в той клинике, о которой Галина Петровна узнала незаконным путём. Она знала, как это больно – разбирать себя на части и собирать заново. «Это твой путь», – сказала она….
