Краснов нахмурился, ведь его не предупреждали ни о каких письмах. Глеб напрягся, Регина перестала улыбаться, и в зале повисло напряжение. Судья взяла конверт и вскрыла его неторопливыми движениями.
Она начала читать, а тишина в зале становилась все более плотной, почти осязаемой. Я наблюдала за трансформацией лица судьи: профессиональный интерес сменился изумлением. Изумление переросло в нечто похожее на восхищение.
Она дочитала до конца, сняла очки, окинула взглядом присутствующих и расхохоталась. Она не сдержанно хихикнула и не усмехнулась, а рассмеялась от души до слез. «Это лучшее, что я читала за двадцать лет практики», — произнесла она, вытирая выступившие слезы.
«Воистину, не стоит недооценивать тихих домохозяек». Глеб вскочил с места, теряя лоск. «Что там, что написано в этом чертовом письме?» — возмутился он.
Судья откашлялась, водрузила очки обратно и начала чтение. «Письмо от Зои Андреевны Северцевой, цитирую дословно: „Уважаемая Галина Антоновна, последние два месяца я являюсь официальным информатором Департамента стратегических расследований Национальной полиции. Прилагаю заверенную копию соглашения о сотрудничестве со следствием“».
«Мой супруг, Глеб Игоревич Северцев, обвиняется в отмывании денежных средств, полученных незаконным путем через компанию „Северцев Девелопмент“ и аффилированные структуры. Общая сумма отмытых средств превышает двести миллионов гривен». Воздух в зале, казалось, загустел, а мертвая тишина нарушалась только тяжелым дыханием Глеба.
«Это невозможно, — голос мужа сорвался на визг. — Она ничего не понимает в бизнесе, вы же сами только что это подтвердили!» «Продолжаю цитировать, — невозмутимо произнесла судья, явно наслаждаясь моментом.
«Следствием установлено, что Г. И. Северцев систематически получал наличные денежные средства от теневой группировки, занимающейся незаконной добычей янтаря на Полесье. Данные средства легализовывались через сложную схему покупки и продажи объектов недвижимости. Кроме того, установлены факты хищения денежных средств у собственных партнеров по незаконному бизнесу».
«Похищенные суммы тратились на личные нужды, включая дорогостоящие подарки любовнице, Регине Викторовне Дороховой». Регина побелела как мел, ее рука судорожно метнулась к злополучному колье. «Далее, — продолжала судья с нескрываемым удовольствием, — мною предоставлены следствию все материалы»…
