Подруга невесты четко видела, как украшенная «шестёрка» внезапно остановилась прямо посреди старого моста. Затем с пассажирской стороны распахнулась дверь, и Наташа поспешно вышла наружу. Девушка направилась навстречу высокому силуэту, который неподвижно стоял впереди у самого края дороги.
Из-за расстояния свидетельница так и не смогла разглядеть лицо этого неизвестного человека. Вторая машина слегка притормозила, ожидая дальнейших действий свадебного экипажа. Через несколько долгих секунд «шестёрка» вновь тронулась с места, аккуратно объехала препятствие и продолжила свой путь.
Подруга успокоилась и решила, что непредвиденная заминка благополучно разрешилась. Она была полностью уверена, что Наташа просто села обратно в салон автомобиля. Гости без лишних подозрений поехали дальше по маршруту вслед за женихом и невестой.
Сразу за мостом узкая дорога делала крутой поворот и резко уходила в горку. Выехав на прямой участок, гости с удивлением обнаружили, что белой «шестёрки» впереди уже не было. Подруга лишь улыбнулась, подумав, что молодой жених сильно гонит машину и торопится на праздник.
Вскоре приглашенные благополучно приехали в арендованное кафе, где их уже ждали богато накрытые столы. Время шло, гости томились в ожидании, а главных виновников торжества всё не было. Прошло десять, затем двадцать минут, но позвонить и узнать причину задержки было совершенно некуда.
На дворе стоял тысяча девятьсот девяносто первый год, и мобильных телефонов тогда еще не существовало. Несколько обеспокоенных друзей отправились на поиски пропавшего автомобиля молодоженов. Они внимательно объехали весь маршрут от ЗАГСа до кафе, но дорога оказалась абсолютно пустой.
Белая машина с яркими лентами и двое счастливых людей в свадебных нарядах словно в воду канули. Как выяснится гораздо позже, это выражение оказалось пугающе буквальным в данной ситуации. Ближе к вечеру среди собравшихся гостей поднялась настоящая паника и тревога.
Банкет окончательно сорвался, а нарядное кафе быстро превратилось в импровизированный штаб активных поисков. Часть людей побежала писать заявление в милицию, а другие отправились домой к Виктору Петровичу. Мужчина в этот момент спокойно сидел на своей кухне и невозмутимо пил горячий чай.
Услышав тревожный вопрос о местонахождении Наташи, он сохранил ледяное спокойствие и просто пожал плечами. Затем отец произнес короткую фразу, которую впоследствии будет твердить еще десятки раз. Он уверенно заявил, что молодые тайно уехали в другой город, так как дочь сама приняла такое решение.
Виктор Петрович властно приказал собравшимся прекратить бессмысленные поиски беглецов. Эти слова были сказаны настолько убедительным тоном, что на секунду все присутствующие оцепенело замолчали. Немного придя в себя, уставшие люди действительно поверили в эту удобную версию событий.
Работа милиции в начале девяностых годов представляла собой отдельную и весьма печальную историю. Огромная страна трещала по швам на фоне августовского метежа, тотального дефицита и пустых магазинных полок. Уставший участковый неохотно принял заявление о пропаже от обеспокоенной матери Андрея.
Милиционер равнодушно почесал затылок и предположил, что молодожены действительно могли уехать в поисках лучшей жизни. Написанное от руки заявление привычно положили в тонкую картонную папку. Эту папку задвинули в дальний угол стеллажа, где ее вскоре завалили сотнями других нерешенных дел.
Полноценное уголовное дело по факту исчезновения людей правоохранительные органы тогда так и не завели. Мать Наташи пыталась добиться справедливости и приходила в отделение милиции целых три раза. Во время четвертого визита дежурный прямым текстом заявил, что её собственный муж подтвердил версию добровольного отъезда…
